Программа уничтожения внимания и дробления его мелкие точки

Краткая аннотация

Документ посвящён анализу человеческого внимания и восприятия как полностью программных и искажённых процессов, не принадлежащих существу напрямую. В тексте поэтапно раскрывается, как внимание формируется биологическими, психическими и личностными структурами, автоматически управляется программами и подменяет прямое восприятие умственными конструкциями. Показано, что интересы, способности и даже интуитивные «находки» обусловлены действием программ, а само человеческое восприятие является результатом фильтрации и искажения, не имеющим прямой связи с до-человеческим, сущностным восприятием

2021_09_26

Когда тебе говорится «смотреть», ты запускаешь не процесс наблюдения, а процесс зарывания — зарыться, зарыться, зарыться, зарыться, и этот процесс у тебя выполняется бесконечно, до состояния, в котором оставляется лишь один ум, работающий на решение так называемых «технических задач», а всё остальное отвергается, отсекается и исключается, вместе с возможностью хоть какого-либо управления собой. Ты оставляешь одну единственную сферу, в которой у тебя сохраняется интерес — сферу техники, и всё твоё внимание оказывается направленным туда, причём направленным не по твоему решению, а самопроизвольно, без твоего участия и без какого-либо контроля с твоей стороны.
Этим процессом ты тоже не управляешь. Ты ничем не управляешь. Ты не управляешь своим вниманием и своим сознанием. Если бы управление присутствовало, ты бы посмотрел, ты бы увидел, что состояние есть, ты бы его зафиксировал и описал, независимо от того, нравится оно тебе или не нравится, потому что вопрос симпатии здесь вторичен. Но ты этого не делаешь. Ты вообще не описываешь своё состояние, никак и ни в каком виде. Ты туда не смотришь. Ум что-то придумывает — и на этом всё заканчивается. Это тотальное неуправление вниманием.
В твоей жизни остались лишь некоторые интересы, и всё. Внимание болтается там не потому, что ты решил так думать или так его направлять, а потому, что его что-то захватывает — и всё, затем захватывает следующее — и всё. Тебя захватывает тема диспута, и ты находишься в этом диспуте до тех пор, пока не сорвёт на другую тему. Тебе нужно что-то выяснить по технике — и ты сидишь над этим и тогда, когда надо, и тогда, когда не надо. Когда требуется уделить внимание чему-то другому, ты продолжаешь думать всё о той же технической теме, о какой-то схеме, о каком-то процессе.
Каждый процесс остаётся незавершённым до тех пор, пока твоя энергия и ресурс не истощатся практически до нуля, и ты не будешь выбит из этого процесса чем-то более болезненным и более серьёзным, требующим немедленного внимания. Ты тотально отказался управлять своим вниманием. Команда «приказываю себе найти и проявить» не означает, что ты произносишь формулу, а дальше она выполняется сама по себе. Это активный процесс перенаправления внимания. Это действие. А ты этого не делаешь. Я лишь констатирую факт — ты никуда не смотришь, потому что своим вниманием не управляешь.
Что-то управляет твоим вниманием, оно где-то там висит, а ты живёшь из позиции «я своим вниманием не управляю», и поэтому создать что-то серьёзное, крупное, объёмное, выстроенное планомерно ты не способен. Ты способен функционировать в чужих пространствах и чужих структурах, где тобой управляют, где кто-то диктует, что делать, как и когда делать, а ты управляешь лишь самим процессом выполнения. Именно поэтому тебя интересуют только знания о том, как выполнить процесс. Другие знания тебя не интересуют. Всё знание для тебя сводится к одному срезу — как что-то сделать, как что-то отремонтировать, и на этом всё заканчивается.
Ты способен залипать в этом надолго. Ты можешь разобрать машину на полгода, потому что тебе интересно, как сделать это самостоятельно, растягивая процесс во времени, поскольку параллельно возникают всё новые и новые «как». И при этом ты своим вниманием не управляешь. Поэтому, когда тебе задают вопросы «что ты чувствуешь?» или «в чём ты находишься?», твоё внимание не выходит за рамки этих нескольких умственных процессов, связанных с тем, как что-то сделать или как отремонтировать оборудование. Оно оттуда никуда не уходит. Ты не можешь своим усилием переместить внимание из одного умственного процесса в другой, хотя всё это происходит в уме. Ты не выходишь за его пределы и не переносишь внимание в другие части своего жизненного пространства.
Максимум, что ты способен сделать своим вниманием, — это плыть и вырубаться, продолжая смотреть исключительно внутрь рамок своей программы. Формально кажется, что ты направляешь внимание на что-то, но в реальности твоё внимание даже не находится в рамках программы, потому что нет установки «думай только об оборудовании и ни о чём другом». Программа работает глубже — она направлена на то, чтобы человеческое внимание постоянно находилось в уме, и чем глубже транс и отключка, тем для неё лучше. Программа занята тем, чтобы внимание человека максимально увязало в уме и в мелких процессах.
Ты занят не просто тем, как отремонтировать пресс, а тем, как в каком-то прессе, где-то, что-то, в каком-то микропроцессике происходит, и всё твоё внимание уходит в изучение всё более мелких деталей, всё глубже и глубже, чтобы раствориться в этих дроблениях и не выходить оттуда. Сам принцип здесь один — отказ управлять своим вниманием. Тотальный отказ. Всё внимание направляется на выполнение программ и поддержание программных процессов, на всё более глубокое и всё более мелкое дробление ума, где уже не имеет значения, кто именно воображает себя — правящим миром, развивающим себя или разбирающим технику в мельчайших деталях.
Суть не в содержании фантазии. Суть в том, что всё это происходит в уме — воображение, внимание, фантазии, расчёты — с максимальным отказом от прямого восприятия и с максимальным погружением в ум. Это программа и структура, заставляющая человека погружать внимание всё глубже в ум, дробя его на всё большее количество мелких процессов. Как существо ты при этом дробишь сам себя. И когда внимание пытаются вернуть на уровень существа — почувствовать, увидеть, быть — происходит обрыв: там ничего нет. Всё исчезает. Остаётся только ум, и всё внимание целиком находится в нём.
Это структура, задающая сам принцип отказа от собственного внимания и перевода существования в программный режим, который возможен только в уме. Сначала — отказ управлять вниманием, затем — управление под программами и структурами, где внимание уходит исключительно в «глубину» ума. Цель этого механизма — как можно глубже убить внимание, как можно тоньше и точнее провалить его в мелкие детали, затянуть и удерживать там.

Уровень 1
Это одна из программ, которая позволяет нам взаимодействовать с реальностью, своего рода программа для взаимодействия с реальностью, условно называемая естественной. Мы в уме, мозгом, с помощью ума дробим информацию, которую воспринимаем, на маленькие фрагменты, и чем мельче ты раздробишь себя и своё восприятие, тем глубже и, как кажется, тем эффективнее ты сможешь познать какой-то объект. Для более точного взаимодействия с реальностью предлагается дробить своё внимание на мельчайшие аспекты, практически до единицы информации, и ум стремится сымитировать саму структуру всего, поскольку любые объекты, как предполагается, состоят из элементарных составляющих.
Логика здесь проста: чем мельче ты способен охватить объект своим вниманием, чем более тонкие аспекты ты различаешь, тем лучше ты можешь с ним взаимодействовать, особенно в таких областях, как техника и механика. Это действительно работает на уровне механистического подхода, потому что, лишь осознавая маленькие элементы какого-то механизма, можно понять, в чём заключается неполадка и что именно вышло из строя. Такая логика включается автоматически, и мы умом, вниманием дробим всё, что попадает в зону восприятия, разбивая это на мелкие аспекты без осознанного выбора.
На практике происходит дробление внимания, дробление понимания объектов, информации и любых тем, с которыми приходится иметь дело. Если есть какая-то тема, в которой необходимо разобраться, то чем глубже ты в неё погружаешься и чем более детально раздробляешь своё понимание, тем лучше, как считается, ты её освоишь и усвоишь соответствующее знание. Мы сами стремимся дробить своё внимание и своё восприятие, поскольку ум постоянно находится в режиме автоматического дробления информации, и с чисто механистической точки зрения в этом действительно есть эффективность и определённый смысл.
Однако этот смысл работает только в том случае, если рассматривать себя как элемент системы, как некий механизм или робота. А ты — существо. И ты добровольно дробишь своё внимание ради взаимодействия с этой реальностью, что по своей сути является ошибкой, своего рода ловушкой. Дробя себя, дробя своё внимание и своё восприятие, с точки зрения мозга ты, возможно, получаешь некоторый положительный эффект в плане понимания информации, но с точки зрения существа достигается противоположный результат. Любое дробление чего бы то ни было является формой деградации, особенно когда это касается восприятия и внимания.
Вместо целостного восприятия, способного одновременно пронизывать все аспекты реальности, возникает необходимость имитировать это восприятие умом, и вместо прямой способности пронизывать пространство своим вниманием приходится в виртуальном, умственном пространстве выстраивать совокупность аспектов и образов. Это делается для того, чтобы хотя бы в воображении создать иллюзию целостного охвата и проникновения вниманием, подменяя прямое восприятие сложной умственной конструкцией.

Уровень 2
Нам трудно управлять вниманием и сознанием, трудно удерживать внимание на чём-то одном, и потому практически постоянно присутствует стремление это внимание отключить. Под трансовым состоянием здесь понимается своеобразная отключка — отключка внимания и восприятия, некий переход, при котором исчезает необходимость быть включённым. Однако в действительности внимание невозможно отключить полностью, его можно лишь перекинуть из одного состояния в другое, и именно этим мы занимаемся непрерывно, стараясь перевести внимание на какой-то автоматический процесс, который и переживается как состояние отключки.
Ты постоянно стремишься переключить внимание на те темы и пространства, в которых ты разбираешься, где всё знакомо, контролируемо и предсказуемо, где ты знаешь, что и как устроено. В этих направлениях внимание действительно легко «отключается», потому что там не требуется присутствия, усилия и осознавания, там всё происходит автоматически. А вот удерживать внимание включённым, находиться в нём под контролем, сознательно управлять им — это переживается как нечто сложное, тяжёлое, почти невыносимое, и, как будто, лишённое смысла.
Такое состояние означало бы постоянное смотрение на себя, непрерывное прояснение происходящего, фиксацию состояний и процессов, а именно этого мы и не хотим делать. Мы не хотим ничего прояснять. Поэтому весь ум и весь мозг начинают работать на то, чтобы внимание рассеивалось и улетучивалось, чтобы живое, настоящее сознание уходило в различные структуры внутри ума и мозга. В эти структуры, где всё уже известно, где легко ориентироваться, где всё понятно и заранее определено.
Внимание уходит туда, где внутри тебя уже всё разложено по полкам, где не требуется присутствия, где можно находиться без усилия и без риска что-либо увидеть. Это пространства, в которых комфортно и приятно пребывать именно потому, что они не требуют прямого восприятия, не требуют столкновения с собой и не требуют управления вниманием как живым процессом.

Уровень 3
Контроль внимания, который переживается как нечто личное, на самом деле является программой, поскольку своим вниманием ты не управляешь, и за его направление, удержание и переключение «отвечает» именно программная структура. Мы сами либо не хотим, либо не можем, либо нам больно направлять внимание осознанно, и это состояние формируется с самого рождения, с самого начала жизни, когда внимание начинает работать инстинктивно, рефлекторно и автоматически, как часть программы живого организма.
То внимание, которое постоянно присутствует в голове, блуждает в мыслях и используется в повседневной жизни, в действительности не находится под твоим контролем, хотя существует устойчивая иллюзия, что внимание — это и есть ты, что именно ты посмотрел туда, затем сюда, затем ещё куда-то. Но если внимательно проследить сам процесс, становится видно, что сначала что-то смотрит само, а уже потом к этому подключаешься ты, и возникает ощущение «я смотрю», «я думаю», «я выбираю».
С самого рождения управление вниманием является своего рода глюком, потому что мы фактически никуда его не направляем сами, а если даже возникает намерение куда-то направить внимание, оно тут же забывается, внимание автоматически переключается на что-то другое, и само намерение растворяется без следа. Попробуй отследить, о чём ты думаешь в конкретный момент, и как появляется очередная мысль. Эта мысль ведь возникает сама, без твоего предварительного решения её создать. Точно так же и желания, возникающие в голове, появляются самопроизвольно, без того, чтобы ты заранее ставил себе внутренние задачи или формулировал их осознанно.
Все задачи, импульсы, желания и направления внимания возникают автоматически и непрерывно, сами по себе, в потоке сознания. Именно через это состояние полного и тотального отказа от управления своим вниманием, а также через отсутствие самого навыка такого управления, внимание начинает существовать как нечто автономное, как отдельный процесс. Это и есть человеческое автоматическое внимание — внимание, которое живёт своей собственной программной жизнью, независимо от существа, которое считает, что оно им управляет.

Уровень 4
Это является прямым продолжением факта неуправления собственным вниманием. Когда мы даём себе приказ что-либо прояснить, мы фактически принуждаем себя посмотреть в определённую точку. Сам факт необходимости отдавать себе такую команду уже указывает на причину: в обычном режиме, без приказов себе и без принуждения, наше внимание и наше восприятие живут своей собственной жизнью. Самостоятельно ты никуда не смотришь и ничего не проясняешь, потому что в любой момент времени продолжают работать бессознательные механизмы, внутри которых внимание и восприятие существуют как хаотичное движение, беспорядочно бегающее туда-сюда в абстрактном пространстве воображения и выхватывающее отдельные образы и картинки.
Внимание находится в состоянии постоянного дёрганья, оно тянется во все стороны, проникает куда угодно, залезает во все щели, кроме тех направлений, которые действительно были бы тебе нужны. Оно существует как некая сущность, условно сознательная, но при этом никак с тобой не связанная напрямую. Ты не можешь смотреть без её участия, без её «помощи», потому что ты сам являешься этим вниманием, точнее — побочным продуктом его функционирования. И это внимание, в свою очередь, смотрит само, хаотично и бессистемно, не подчиняясь твоему решению.
Оно похоже на луч фонарика в темноте, который беспорядочно мечется из стороны в сторону, или на фонарик, подброшенный вверх, который летит, кувыркается и движется по каким-то собственным траекториям. Ты им не управляешь, ты его не контролируешь, и он сам освещает всё подряд, не соотносясь с твоими задачами или намерениями. Это автоматика, бессознательно существующая по своим законам структура, формирующая наше внимание как процесс.
И только через сознательное принуждение себя, из позиции личности или из позиции существа, направить взгляд в конкретную точку, ты действительно начинаешь смотреть. Ровно настолько, насколько у тебя хватает усидчивости, дисциплины и ресурса внимания, ты способен удерживать этот фокус. Во всех остальных случаях внимание ускользает. Если посмотреть на ребёнка, становится очевидно, что само внимание с годами принципиально не меняется. Добавляется лишь некоторая усидчивость и определённый уровень самоконтроля, позволяющий заставлять себя концентрироваться на отдельной области.
Но в своей сути внимание остаётся тем же самым, и нам по-прежнему приходится себя заставлять, потому что с самого рождения это внимание живёт собственной жизнью, точно так же, как и у детей, не будучи изначально подчинённым ни воле, ни сознательному выбору.

Уровень 5
Само наше внимание, как программа, изначально полностью перевёрнуто по отношению к тому вниманию, которое существует у существа. В этом смысле у существа внимания как такового вообще нет, потому что сама идея луча, который куда-то направлен из точки, подобно тому как глаза постоянно «смотрят» изнутри, из основания черепа, а мысли высвечиваются как идеи, за которые цепляется луч прожектора, является продуктом программного, умственного восприятия. Мы постоянно существуем в позиции наблюдателя, который смотрит, фиксирует, выделяет, и именно это состояние по своей природе является перевёрнутым.
Для существа в его собственном пространстве нет необходимости никуда смотреть, потому что оно само является восприятием, оно является пространством, в котором всё уже присутствует целиком. Когда ты являешься пространством, нет отдельного наблюдателя и нет объекта наблюдения. Однако была введена новая парадигма, полностью переворачивающая это состояние, и именно благодаря ей начинают появляться всё более мелкие программные конструкции как ума, так и физиологии. Внимание и восприятие при этом не просто имитируются, а формируются как искажённое понимание самой природы восприятия.
Внутри этой парадигмы внимание воспринимается как свет фонарика: есть источник, есть объект, и ты постоянно сосредотачиваешь внимание на чём-то — на мысли, на процессе, на объекте. Но всё это является структурами, и без структуры этого вообще не существует. В изначальном состоянии нет необходимости никуда смотреть и нет необходимости сосредотачивать внимание, потому что само сосредоточение возникает только по отношению к процессам, объектам и имплантам. Если имплантов нет, то нет и нужды в сосредоточении, нет нужды что-либо высвечивать или фиксировать.
Наш ум и наш мозг, по сути, воспроизвели эту систему, и вполне возможно, что корни этого лежат в самой рецепторной организации жизни. Самый первый, первичный рецептор — это клетка, реагирующая на какое-то воздействие. У простейших организмов возникают примитивные элементы, позволяющие различать тени, размеры, изменения среды, принимать фотоны и формировать на их основе элементарную картину. В мутной среде тот, кто способен хоть как-то различать окружающее, оказывается более выживательным и потому успешнее размножается. Со временем эта логика усложняется и дорастает до человека.
Само слово «воспринимать» оказывается следствием этой модели: существует окружающее пространство, и некие излучения из этого пространства падают на тебя, а ты в этой системе являешься следствием, зависимым от окружения. Пока есть окружение и есть органы, принимающие сигналы, ты можешь наблюдать. Если этих клеток или органов нет, наблюдение становится невозможным. В значительной степени именно на базе физиологии и выстраиваются все процессы мозга и организма в целом, включая всю систему внимания и восприятия.
Но это не восприятие в сущностном смысле. Здесь ты не являешься пространством, а находишься в ожидании излучения, которое должно на тебя попасть. Поставь преграду, которая не допускает это излучение, и ты ничего не увидишь. Помести человека в абсолютную темноту, где неоткуда взяться фотонам, которые могли бы отразиться от объектов, и зрение прекращается. Человек в полной темноте перестаёт видеть, потому что в рамках этой перевёрнутой системы восприятие возможно только при наличии внешнего источника, тогда как для существа восприятие не зависит ни от излучения, ни от условий, ни от наличия объектов.

Уровень 6
Это искажение является следствием всех наших деструктивных структур, как самого человека, так и человеческого организма в целом. Если проследить эволюционную линию от самых древних времён, от первых форм жизни, от первой бактерии, возникшей миллиарды лет назад, становится видно, что по мере объединения в более сложные структуры, формирования многоклеточных организмов и последующей эволюции всё изначально опиралось на один базовый принцип — на то, что воспринимается. На ту информацию, которая доходит, на то, что можно увидеть, почувствовать, уловить в своём крайне узком окружении.
Само слово «увидеть» уже содержит в себе ограничение. Если ты что-то не видишь, если твои рецепторы это не улавливают, то в рамках этой системы получается, что этого как будто бы не существует. В каком-то смысле всё, что происходит за стеной, для тебя недоступно. Ты можешь помнить, что там было, но это в лучшем случае. В стандартной ситуации человек начинает достраивать, фантазировать, производить глюки и умственные конструкции. Что происходит там, где ты не видишь, где ты не присутствуешь напрямую, остаётся неизвестным, и эта неизвестность автоматически компенсируется воображением.
Вся наша система выживания и восприятия выстроена именно на этом принципе: то, что ты видишь и воспринимаешь напрямую, считается реальным, а всё остальное дорисовывается, додумывается, компенсируется умом, чтобы закрыть фундаментальную неспособность видеть всё таким, как оно есть. Как организмы и как существа в теле мы в этом смысле крайне примитивны. Система восприятия и само восприятие подменяются воображением, которое по своей природе восприятием не является вовсе, а представляет собой лишь попытку дорисовать недоступное.
Отсюда напрямую вырастает страх перед неизвестным. Неизвестное всегда переживается как потенциальная угроза, потому что ты не знаешь, что там, ты не видишь, ты не помнишь, у тебя нет информации. А если информации нет, то там может быть что угодно — и угроза, и её отсутствие, но неопределённость сама по себе уже воспринимается как опасность. И эта неизвестность касается не только пространства или ландшафта. Нам неизвестно, что будет завтра — с тобой, с твоим телом, с твоим здоровьем, со страной, с экономикой, с погодой. Информации об этом нет, и именно поэтому неопределённость так сильно пугает.
Вместо прямого восприятия того, что есть и что будет, вместо способности быть в пространстве, в котором тебя ещё нет, создаются физиологические компенсаторы — колбочки для приёма фотонов, уши для улавливания звуковых волн, причём лишь в узком диапазоне всего существующего спектра. Для выживания этого оказывается достаточно. Факт существования человечества, животных и всей биосферы до настоящего момента подтверждает, что этого минимального набора хватает для поддержания вида. У большинства организмов вообще нет активного восприятия в сущностном смысле, возможно, присутствуют лишь простейшие формы температурной или химической чувствительности, но даже без активного восприятия они существуют и воспроизводятся достаточно успешно.
Можно сказать, что изначально существовало животное, функционирующее как робот, полностью встроенный в эту автоматическую систему восприятия. А затем в это животное было помещено существо, обладающее объёмным вниманием и всеобъемлющим восприятием. Возникает вопрос: как вместить это несоизмеримо большее в простую и примитивную биологическую систему? Никак. Именно на этом разрыве и возникает мозг, возникает ум — как механизм, призванный упаковать невмещаемое, встроить сущностное восприятие в ограниченную, физиологическую, программно-биологическую форму существования.

Уровень 7
Это сам набор структур человека, и как бы ты ни хотел или ни пытался иначе, пока ты являешься человеком, своим восприятием ты воспользоваться не можешь. Всё, что в человеческом существе связано с восприятием, целиком и полностью находится внутри организма — это мозг, рецепторы, нервные системы, совокупность физиологических механизмов, которые образуют единую, цельную систему подмены восприятия. И в тот момент, когда ты пытаешься воспользоваться восприятием как таковым, автоматически включаются все эти механизмы: воображение, бесконечная умственная активность, интерпретации, образы, мысли, всё то, что всплывает в голове вместо прямого восприятия.
Физиологически мы не способны воспользоваться восприятием напрямую, потому что как только речь заходит о том, чтобы что-то воспринять — в любом виде, в любой форме, — немедленно активируются природные, естественные, телесные системы восприятия, встроенные в организм. Даже если ты просто закроешь глаза и уши, ты не выйдешь в восприятие, ты уснёшь, потому что человек в таком состоянии всегда засыпает. И даже при отключении внешних каналов восприятия мозг не освобождает восприятие, а, наоборот, ещё сильнее сковывает его, включая другие отделы, которые начинают производить сновидения, образы и внутренние сцены.
Это и есть пространство так называемого «естественного» человеческого восприятия, которое на самом деле никогда не существует само по себе. В принципе, естественного восприятия в человеческом смысле не бывает. Пока ты находишься в сознании, ты всегда пользуешься мозгом. Твоё восприятие — это либо отдельная часть мозга, либо комбинация его отделов, нейронных связей и физиологических процессов, то есть орган, который полностью подменяет прямое восприятие. Вместо прямого восприятия работает орган восприятия.
И именно поэтому прямое восприятие из этой позиции выглядит как нечто невозможное, как некая магия или особая способность, потому что в рамках человеческой структуры оно не имеет механизма реализации и не может быть задействовано напрямую, оставаясь за пределами физиологической системы, в которой человек существует.

Уровень 8
Пространство, в котором формируется наше внимание и наше восприятие, находится в голове и в мозге, однако контролируется оно не нами напрямую, а подчиняется личности и тем программам судьбы, которые эту личность формируют. В этом смысле все твои интересы — это не твои интересы. Всё, что тебе нравится, всё, к чему у тебя есть склонность, талант, «лежит сердце», всё, что у тебя получается легко или кажется естественным, не является твоим в сущностном смысле. Это программные структуры, совокупность механизмов, которые сформировали именно такой набор интересов, реакций и направлений внимания.
Ты не можешь и не способен видеть то, что не соответствует структуре твоей личности. Твоё внимание, твоё восприятие и все связанные с этим процессы работают строго в соответствии с личностной программой. Если у тебя есть программа, согласно которой ты, условно говоря, должен разбогатеть, ты будешь буквально видеть деньги под ногами, замечать возможности, которые для других просто не существуют. Если такой программы у тебя нет, но она есть у кого-то другого, то именно он это увидит, а ты пройдёшь мимо, даже не направив туда внимание. Не потому, что ты не захотел, а потому, что ты просто не смотришь в эту сторону.
Это и есть прямое воздействие личности на способности. То же самое проявляется и в работе. Тебе нужно что-то починить, восстановить цепь, найти сломанную часть — и ты либо находишь её, либо находишь очень медленно. Ты не можешь, просто посмотрев, сразу определить состояние системы, увидеть поломку и мгновенно её исправить. Это невозможно не потому, что ты «недостаточно умен», а потому что ты этого не видишь. Тебе приходится изучать, разбирать, копаться, шаг за шагом вскрывать ситуацию. Иногда возникает ощущение «чуйки», мгновенного понимания, но и этот комплекс не принадлежит тебе. Он тоже не под твоим управлением. Это всегда «подарки судьбы», проявление определённой программы, которая в данный момент показывает тебе что-то.
Мы всегда находимся в позиции жертвы по отношению к тому, на что смотрим. Нам всегда кто-то или что-то что-то показывает — программа, структура, личная способность, обстоятельства. Мы не видим и не воспринимаем самостоятельно. Нам показывают. Это всегда похоже на киноленту с уже снятыми сценами, которые ты просто смотришь. Они уже существуют, и у тебя нет возможности на них повлиять. В этом смысле всё наше восприятие — это просмотр заранее отснятого фильма, в котором мы не можем изменить ни кадр, ни ракурс, ни последовательность.
Казалось бы, глаза — это способность видеть всё, что существует вокруг. Но на самом деле это иллюзия. Вся система рецепторов — глаза, уши, обоняние, кожа — не является прямым восприятием. Ты всегда смотришь мозгом. В первую очередь работает мозг, а уже затем рецепторы. Мозг фильтрует любую входящую информацию в соответствии с той задачей, тем планом, той программой, которая в нём выполняется в данный момент.
В каком-то смысле в твоём городе есть и тайники, и потерянные кошельки, и забытые кем-то ценности. Но ты никогда их не увидишь и не узнаешь, где они находятся. Даже если они окажутся прямо перед твоими глазами, мозг и внутренние программы просто не покажут тебе их. Если у тебя нет задачи внезапно найти несколько зарплат на пустом месте, ты этого не найдёшь. Если же такая идея появляется, ты вдруг захочешь выйти погулять, пойдёшь, случайно обратишь внимание — и найдёшь. Не потому, что ты стал внимательнее, а потому что программа сменилась.
Программа контролирует восприятие, внимание и сознание. Именно поэтому возникают истории, когда человек, никогда не интересовавшийся лотереями, вдруг по какому-то наитию покупает билет, и он оказывается выигрышным. Совпало время, совпало место, внезапно возникло желание — и результат проявился. Таких историй слишком много, чтобы сводить их к простой случайности. Это проявления одной и той же системы, в рамках которой наше восприятие не свободно, а строго обусловлено действующими программами.

ЦТ
Фильтры, своеобразные линзы, накладывающиеся на восприятие, — это то пространство, с которого всё начинается. Дальше любое восприятие, проходя через эти фильтры, через многоуровневые системы структур, либо рассеивается, либо исчезает, либо упирается в ум, потому что больше ему упираться некуда. Ум становится конечной точкой, в которой восприятие застревает, деформируется и перестаёт быть восприятием как таковым. Люди отличаются друг от друга именно этим — степенью и способом заглюченности ума, количеством и плотностью искажений. У кого этих искажений меньше, у кого больше свободного пространства, тот по человеческим меркам считается более успешным и более ловко взаимодействующим с реальностью.
Однако всё это «могущество» восприятия заканчивается именно здесь. Даже при более эффективном взаимодействии с реальностью речь всё равно идёт о взаимодействии внутри программ и структур. Разница между людьми заключается не в наличии или отсутствии восприятия, а в количестве структур, через которые оно проходит, и в качестве этих структур. Само восприятие в любом случае постоянно коверкается. И даже сейчас, когда проработано множество структур, искажающих восприятие, и оно может казаться более чистым или менее искажённым, если смотреть глобально, проблема остаётся. Даже если восприятие вроде бы есть и человек им пользуется, возникают ограничения, которые не позволяют смотреть «на полную катушку».
Существуют программы, механизмы, импланты и сама идея восприятия как функции взаимодействия с реальностью. В тот момент, когда требуется взаимодействовать с информацией, это само по себе становится триггером. Само взаимодействие, само использование любого вида восприятия запускает программные реакции. А поскольку восприятие используется всегда и работает непрерывно, в каждый момент времени активны какие-то программы, которые искажают исходное восприятие до уровня «человеческого».
Это восприятие урезается, ограничивается, деформируется, переворачивается и в результате проходит через своеобразную мясорубку структур. На выходе мы получаем чисто человеческое восприятие, которое уже не имеет ничего общего с до-человеческим восприятием, каким бы оно ни было изначально. Всё, что доходит до осознания, — это результат работы фильтров, линз и программ, а не прямое восприятие как таковое.

Общее резюме

Документ представляет собой последовательное, многоуровневое исследование природы внимания и восприятия человека, раскрывающее их как полностью программные, опосредованные и искажённые процессы, не принадлежащие существу напрямую. Центральная идея текста заключается в том, что человеческое внимание и восприятие не являются свободными или управляемыми, а формируются, направляются и ограничиваются совокупностью биологических, психических и программных структур, действующих автоматически и независимо от воли человека.
На протяжении уровней 1–8 поэтапно показывается, как внимание изначально функционирует как механизм дробления информации, эффективный для технического и механистического взаимодействия с реальностью, но одновременно приводящий к деградации целостного восприятия существа. Внимание не управляется субъектом, а живёт собственной «жизнью», переключаясь между знакомыми, безопасными и автоматическими умственными процессами, избегая прямого восприятия, прояснения и присутствия. Любые попытки осознанного направления внимания требуют внешнего принуждения и быстро распадаются, поскольку управление подменено программами.
Документ показывает, что восприятие человека исторически и эволюционно выстроено на базе рецепторной физиологии, где реальным считается лишь то, что попадает в узкий диапазон органов чувств, а всё остальное достраивается воображением. Это порождает фундаментальный страх неизвестного и закрепляет зависимость от умственных конструкций. Мозг и ум выступают как компенсаторные механизмы, призванные «упаковать» сущностное восприятие в примитивную биологическую форму, что приводит к полной подмене прямого восприятия интерпретациями, образами и программами.
На более глубоких уровнях раскрывается роль личности и «программ судьбы», которые полностью определяют, что человек способен видеть, замечать и воспринимать. Интересы, таланты, способности, интуиция и даже «удача» описываются как проявления действующих программ, а не как свободный выбор или результат осознанного восприятия. Человек оказывается в позиции зрителя заранее смонтированной «киноленты», где восприятие — это просмотр, а не активное видение.
Центральная точка (ЦТ) обобщает весь материал, вводя понятие фильтров и линз восприятия, через которые любое изначальное восприятие неизбежно искажается, урезается и деформируется, упираясь в ум как в конечную точку. Различия между людьми определяются количеством и качеством этих фильтров, но даже при их минимизации человеческое восприятие остаётся принципиально ограниченным и не тождественным до-человеческому, сущностному восприятию.
В целом документ фиксирует фундаментальный разрыв между существом и человеческой формой восприятия, показывая, что всё человеческое внимание и восприятие являются продуктами программ, структур и механизмов, а не прямым, свободным или целостным видением реальности