Создавание проблем, чтобы быть в бесконеченом процессе расстраты ресурсов на их решение.

Краткая аннотация

Документ представляет собой философско-аналитическое описание многоуровневой структуры человеческого существования, в которой личность, ум и жизненные сценарии рассматриваются как программы, сформированные в детстве и направленные на расходование ресурса. На разных уровнях показано, как боль, удовольствие, мотивации и смыслы выступают не как проявления жизни, а как механизмы её имитации, поддерживающие циклы выгорания.
Центральная идея документа заключается в том, что человеческая жизнь встроена в универсальный процесс деградации потенциала, где все формы существования — от индивидуальных реакций до структуры Вселенной — являются техническими пространствами преобразования и исчерпания ресурса.

2021_10_08

Этот кластер боли, который у тебя постоянно активен, и то состояние, в котором ты находишься, имеет вполне конкретный механизм формирования и поддержания. Это состояние было создано в детстве: какая-то часть личности зациклилась на выполнении определённых процессов и с тех пор продолжает их воспроизводить. Классическая психология либо не видит этот механизм вовсе, либо видит его чрезмерно однобоко, и помощь, которую она предлагает, оказывается столь же однобокой: «ты зациклился — нужно что-то делать, запускать новые процессы». Однако ключевая особенность этого циклического процесса заключается не в отсутствии действий, а в том, что человек сначала сам создаёт ситуации, в которых затем пытается что-то «решить».
Ты снова и снова по жизни создаёшь эти ситуации, потому что когда-то они не были завершены. В детстве ты из них не вышел, и поэтому человек на протяжении всей жизни формирует обстоятельства, в которых можно заново пережить этот процесс. Форма самих ситуаций не так важна; принципиально то, что целью является переживание схожих эмоций. Человек сам выстраивает и оформляет реальность из подобных ситуаций, чтобы наконец вырваться, пройти этот узел, победить. Если когда-то в этой ситуации было переживание поражения, возникает идея необходимости отыграться и победить, а для этого, как кажется, нужно создать похожую ситуацию. В результате человек постоянно создаёт и пересоздаёт такие сценарии, снова и снова переживает сходные эмоции, надеясь наконец победить и отыграться.
Однако здесь и скрыта ловушка: отыграться в этом пространстве невозможно. Один раз попав в эту структуру, человек зацикливает себя внутри пространства программы и опускается на уровень ниже. В этом пространстве он уже не решает ничего, а лишь расходует ресурсы на выполнение одних и тех же циклов. Реального выигрыша здесь нет; есть только идея выигрыша, которая, подобно приманке, постоянно удерживает внимание. Человек снова и снова удерживает себя в этом пространстве, всё чаще прокручивает циклы, всё активнее создаёт соответствующие ситуации и состояния, всё сильнее стремится «отыграться». Но всё это происходит внутри пространства более низкого уровня, где возможно только расходование ресурса, и больше ничего. Выигрыш здесь невозможен в принципе; возможен лишь выход — через рассоздание самого пространства и структуры личности, застрявшей в нём.
В этом и заключается «секрет» того, как человек создаёт свою реальность. Личность человека состоит из множества оторванных частей, каждая из которых непрерывно формирует свою маленькую реальность, а все вместе они и образуют процессы создания человеческой реальности — той самой реальности, в которой ты живёшь. Изменить её, не рассоздав эти части личности, постоянно занятые её воссозданием, невозможно. Именно поэтому практики, предлагающие «изменить реальность» за счёт мыслительных упражнений, самовнушения, формальных медитаций, не работают: реальность создаётся не на уровне мыслей, а на уровне программ, действующих как части личности.
Ты постоянно повторяешь это состояние, потому что именно в нём застряла часть личности. При этом ты уже не помнишь и не можешь вспомнить момент её создания и то, что именно произошло в детстве. С позиции взрослого человека та ситуация кажется пустяковой и не заслуживающей внимания, но для ребёнка это был взрыв эмоций и внутреннее решение о поражении. С тех пор этот фон и этот триггер непрерывно несутся через всю жизнь, снова и снова активируя цель «отыграться», хотя отыгрывать там нечего.
Речь идёт даже не о конкретной части личности, а о принципе и структуре, которая существует и действует, поддерживая создание и отделение этих частей. В рамках этой структуры они продолжают формировать элементы человеческой реальности. Это деструктивная программа создания собственной реальности, в которой ты постоянно находишься и цикл за циклом воспроизводишь одни и те же ситуации, пытаясь их решить и снова переживая. Эта структура личности включена в более общую структуру личности и в общую программу, принуждающую к постоянному выполнению процесса.
В исходной точке формируется стрессовая ситуация, в которой принимается решение: «я здесь проиграл, нужно отыграться», или «здесь слишком больно, нужно сбежать». С точки зрения взрослой личности это выглядит как поражение, но с точки зрения ребёнка такого понятия не существует; есть лишь чрезмерная боль, которая приводит к падению на уровень ниже. Человек создаёт пространство более низкого уровня и внутри него формирует часть личности, единственная функция которой — бороться с этой болью. Ничего другого она делать не может. При этом создаётся постоянный триггер внимания, активирующий это состояние в любой ситуации, даже там, где можно было бы спокойно пройти и не заметить происходящего. Но структура всё равно включается, активируются кластеры боли, и запускается очередной цикл выполнения программы.
С человеческой точки зрения происходит какая-то мелочь, но человек на неё реагирует так, что программа снова уходит в очередной цикл. Жизнь сама по себе приносит разные события, в том числе неприятные, и существует набор триггеров внимания, запускающих определённые части структуры личности. Эти части начинают проигрываться и временно выдавать себя за «общую личность», пока не срабатывает следующий триггер и не включается следующая программа. Так и происходит то, что называется жизнью, хотя самой жизни здесь уже нет; это программы по уничтожению жизни.
Человеческая жизнь в таком виде — это большая программа уничтожения части живого существа. Под набором программ, называемых «личность Саша» или «личность Ирина», якобы проживается жизнь, но фактически происходит разрушение и перевод части живого в антижизнь, после чего осуществляется переход на следующий, ещё более мелкий уровень процессов и циклов. Опускание на уровни ниже носит относительный характер: все уровни существуют одновременно, и эти процессы идут параллельно. По сути, человечество уже давно живёт на самом дне антижизни.
Процесс создания Вселенной завершён, и если всё уже деградировало, то происходит не развитие, а догорание остатков ресурса в каждом пространстве. Это можно сравнить с Солнцем: оно сформировалось и горит до тех пор, пока не исчерпает водород, затем переходит в иное качество, превращаясь в гелий, красного гиганта и далее, пока полностью не выгорит и не станет чёрной дырой. В каждом разделённом пространстве остаются фрагменты, обладающие потенциалом ресурса, и именно они постепенно догорают.

Уровень 1
Начиная с рождения, запускается процесс формирования триггеров. Личность функционирует по принципу: существует триггер и существует программа, внутри которой ты убегаешь от собственной боли, созданной в детстве. Возникает реакция — та самая реакция, которая включается, затем проживается, прокручивается, прогорает, и после прогорания прекращается. По сути, это реакция прогорания, своеобразный рабочий цикл мотора: зажигается искра в виде триггера, которая запускает процесс возгорания определённого материала. В жизни происходит событие, и это событие прямо или косвенно становится триггером в какой-то программе.
Жизненное пространство устроено как сплошная горючая среда. Везде разные состояния, везде разная «горючая жидкость», и каждая из них горит по-своему. Происходит событие — и включается триггер на это событие, после чего запускается процесс «горения» ресурсов внутри конкретной программы. По жизни ты постоянно находишься в этом процессе. Мы говорим «триггеры», но по сути триггером является всё. Даже когда ты лежишь и отдыхаешь, когда тебе хорошо, в голове срабатывает какая-то нейронная сеть, она активируется — и это уже становится триггером. В реальности постоянно что-то происходит, она не статична. Ты непрерывно являешься участником происходящего: больших и малых событий, внешних и внутренних. Везде есть движение, и ты в нём неизбежно присутствуешь.
Внутри тебя существует целая сетка — огромное количество триггеров, которые включают своеобразные кластеры. Все они формируются в детстве. Проявляются они всю жизнь, но возникают именно тогда, когда ты создаёшь эту структуру. Мы сами формируем структуру, благодаря которой затем на протяжении всей жизни довольно бодро прогораем. Это своеобразная система самовоспламенения, в которой мы используем самих себя и собственные ресурсы в качестве топлива для деструктивных программ.
Происходит совсем маленький, незначительный эпизод, который можно было бы спокойно и стоически перенести: случилось — и случилось. Но вместо этого запускается программа внутри программы. Активируется кластер боли, включается побег от этой боли, начинается процесс, появляются личные страдания. С этого момента стартует воздействие программы: возникает «головняк», цепочка событий, препятствия, потери, неприятные моменты. Реакция усиливается, ты начинаешь прокручивать всё это в голове — и вот она, программа, в действии.
Сначала в рамках этой программы появляется импульс применить силу, желание что-то сделать, что-то совершить. Ты совершаешь действие, а затем начинаются страдания по поводу того, что было сделано, что было «наломано». У тебя с определённой регулярностью, например каждую неделю, происходит какая-то ситуация, которая становится триггером запуска очередной программы, а это и есть очередной процесс деградации.
Мы сами создаём всё то, что чувствуем, всё, что переживаем, всё, на что реагируем: эмоции, боль, страдание. В этом смысле ты действительно создаёшь свою реальность сам. Жизнь как таковая тихо и нейтрально движется, а ты внутри неё постоянно натыкаешься на триггеры, которые включают боль и программы личности. Эти программы по своему воздействию одинаковы; различаются они лишь наполнением и ситуациями. Для разных обстоятельств — разный «головняк», но страдание везде одно и то же, меняются только причины.
Постоянная активация триггеров приводит к непрерывному сгоранию ресурса внутри программ личности. Реакции повторяются, циклы замыкаются, и каждый новый запуск усиливает общий фон напряжения и истощения. Вместо проживания реальности происходит воспроизведение одних и тех же схем, что закрепляет деградацию и делает невозможным выход без рассоздания самой структуры, поддерживающей эти программы.

Уровень 2
В течение множества сеансов была постепенно снята драматизация, связанная с телесными недомоганиями и заболеваниями. На текущем этапе уже отсутствует состояние, при котором человек сидит и страдает от мыслей в духе «мне снова плохо, я болею, я мучаюсь». Любые физические недомогания больше не вызывают выраженных внутренних реакций. В определённый момент удалось проработать триггеры личности, связанные с собственными заболеваниями, и жизнь стала восприниматься иначе: тело продолжает существовать в реальности и регулярно переживает различные физиологические события, однако драматизация и психологическая надстройка вокруг дискомфорта исчезли. Этот слой был проработан и больше не активируется.
Всё, что возникает в голове по поводу любых переживаний, связанных с происходящим с тобой, всегда является результатом работы программы личности. Это очередная программа и очередной триггер, который включился, после чего ты в очередной раз начинаешь что-то чувствовать и переживать. В результате проработок происходит принципиальный сдвиг: заболевание перестаёт восприниматься как проблема и переводится в разряд обычной физиологии, которая время от времени случается сама по себе. Умственные страдания возникают уже не как следствие самого события, а как ответ на реакцию личности. Происходит событие, срабатывает триггер этого события, и дальше человек, находясь на уровне личности со всеми её переживаниями, проваливается на уровень ума, где запускается дальнейшее выгорание.
Если посмотреть на это с позиции эффективности, становится очевидно, что принятие конкретных решений, необходимых для существования, составляет не более одного процента от всей массы того, что происходит в голове. Все остальные девяносто девять процентов — это переживания, мысли, страдания, эмоции и весь тот внутренний шум, который непрерывно крутится в сознании. По своей сути эти девяносто девять процентов бесполезны. Если их убрать, остаётся человек, который просто принимает решения, выполняет их и при этом не страдает. В процессе проработок происходит приближение к состоянию, в котором вся жизнь воспринимается как калейдоскоп задач, которые необходимо выполнять, и калейдоскоп решений, которые нужно принимать, а не как калейдоскоп страданий, которые требуется проживать.
Программы личности запускают каскады реакций, в том числе умственных, которые ни к чему не приводят. Из них не возникает ни выводов, ни решений, ни реальных изменений. Результатом становится пустота и выгорание самого себя. Прокручивание в голове очередных сценариев о том, что снова «не повезло» или снова произошло что-то неприятное, не даёт никакого положительного эффекта. Эти мысли не имеют результата как такового; в очередной раз запускается множество реакций, которые приводят лишь к выгоранию, после чего цикл повторяется снова.
При сохранении этого механизма основная часть психической энергии расходуется не на действие и принятие решений, а на бесполезное внутреннее пережёвывание реакций. Это ведёт к хроническому истощению, закреплению привычки страдать и поддержанию программ личности, которые не решают задач, а лишь воспроизводят выгорание. Проработка данного уровня снижает общий фон умственного шума, переводит восприятие происходящего в плоскость физиологии и задач и тем самым высвобождает ресурс, ранее сжигаемый в реактивных умственных циклах.

Уровень 3
Это можно описать как своеобразную «мусорку», но при этом живую, постоянно активную структуру. В детстве, когда проживается какой-то эпизод, в котором возникают эмоции, реакции и чувства, всё это уходит в отдельное пространство — условный мусорный полигон. В нём накапливается огромное количество эпизодов, каждый из которых несёт определённый эмоциональный заряд. Это описание условно, потому что реального «заряда» как такового здесь нет; скорее речь идёт о том, как пространство структурируется и дробится на сектора. В каждом таком секторе формируется состояние и идея, собственный триггер, своя боль, своё событие, своя схема ситуации — своеобразные носители информации, которые затем используются в течение жизни.
Дальше человек постоянно взаимодействует с реальностью именно из позиции этой «мусорки». Он непрерывно пытается воспроизвести что-то хорошее, снова и снова повторяет одни и те же действия, которые когда-то приносили удовольствие. Почему это происходит? Потому что через эти действия удаётся временно сбежать от боли. Одновременно с этим человек сталкивается с проблемами и болезненными ситуациями в жизни и испытывает резкое внутреннее напряжение, поскольку сталкиваться с этим слишком тяжело. Тогда запускается процесс прогорания, призванный избавиться от боли. С одной стороны, с позиции личности тратятся ресурсы на побег от боли и на прогорание, с другой — происходит то же самое, но уже в форме побега от другой, более глубинной боли в некие приятные состояния, связанные с детством.
Простейший пример — еда как носитель положительного сценария. Для кого-то любовь к шашлыку — это всегда праздник, целое событие, поездка, семья, множество тёплых воспоминаний. Или пирожное, торт, которые в детстве всегда были связаны с днём рождения, важным событием, радостью. С одной стороны, это часть традиции, но одновременно эта связь плотно записывается в глубинные слои восприятия: определённый продукт или действие обязательно ассоциируется с чем-то хорошим. И вот человек снова и снова ест сладкое или воспроизводит подобные сценарии в надежде испытать прежнее удовольствие. Уже нет той яркости и той силы переживания, как в детстве, но программа остаётся, и человек сам пытается её снова и снова включить, чтобы пережить что-то хорошее так, как это было когда-то.
Если в детстве некое событие записалось в эту «свалку» состояний вместе с описанием ситуации, человек затем всю жизнь пытается активировать этот триггер вручную. Понятно, что прежнего результата он уже не получит, но это не отменяет того факта, что значительная часть жизни уходит на попытки повторить детские сценарии или хотя бы схематически воспроизвести ситуации, в которых было хорошо. Это не приводит ни к чему, кроме очередной траты ресурса. Да, в каких-то схемах можно испытать приятное состояние, отдалённо похожее на детское, но уже без прежней мощности, и программа продолжает работать именно так.
Условно одна часть личности постоянно активирует болезненные кластеры, в которых человек прогорает, а другая, более близкая к сознанию, направлена на то, чтобы в течение жизни снова и снова запускать «хорошие» сценарии из прошлого. Почти все повседневные действия выстраиваются вокруг этих попыток: побега от реальности, от проблем, от боли. По сути, это ничем не отличается от детского способа ухода от происходящего. В детстве человек убегал в книги, мультфильмы, воображаемые миры, картинки и ситуации, отключаясь от себя, от реальности и от окружающих проблем. Во взрослом возрасте меняются формы, но принцип остаётся тем же.
Теперь есть необходимость работать, выживать, обеспечивать себя, где-то жить, но отдых и ощущение «хорошо» снова находятся в тех же механизмах. После работы включается сериал, и человек смотрит чужие эпизоды жизни на развлекательных ресурсах, фактически делая то же самое, что делал в детстве, когда ему было комфортно: отключается. У кого-то это работает иначе. Если человек в детстве много работал и внутри самой деятельности находил облегчение от боли, то и во взрослой жизни ему легче работать, потому что работа не воспринимается как источник страдания. Здесь всё зависит от того, каким именно способом человек в детстве убегал от боли, какие ситуации, эпизоды и воспоминания стали для него основными точками опоры.
В дальнейшем вся жизнь строится вокруг попыток повторить всё хорошее из детства и постоянных столкновений со всем плохим, что там же было заложено. И то, и другое приводит к расходованию ресурса. Этот процесс становится своего рода «смыслом жизни», который закладывается ещё в детстве: получать удовольствие, заполнять себя приятными переживаниями, уходить в хобби и замещающие занятия, снова и снова воспроизводя одни и те же схемы.
Фиксация на детских сценариях и кластерах состояний приводит к тому, что значительная часть жизненного ресурса уходит на повторение прошлого — как в форме побега от боли, так и в форме погони за утраченным удовольствием. Реальность при этом не проживается напрямую, а постоянно фильтруется через накопленные структуры, что закрепляет цикличность, истощение и невозможность выхода без рассоздания самой системы, поддерживающей эту «мусорку» состояний.

Уровень 4
Это состояние можно описать как своеобразную внутреннюю пустоту. Если убрать всё, что не относится к простому и конкретному выживанию, то в обычной жизни, когда внешне «всё хорошо», у среднестатистического человека обнаруживается отсутствие подлинных мотиваций. В рамках этой программы у человека попросту нет внутренних оснований что-либо делать. Если убрать личность как набор программ, у него не останется никакой мотивации куда-то идти, как-то развлекаться, что-то делать или к чему-то стремиться. Пока личность присутствует, мотивация кажется естественной, но она существует лишь потому, что с детства создаются причины: множество событий, ситуаций и обоснований, которые затем на протяжении жизни требуется реализовывать.
Если внутри человека убрать эту «личность» — всю большую мусорную конструкцию из пространств, сформированных с детства, — то в действительности эта жизнь оказывается ему не нужна. Он может хотеть совершенства, успеха, здоровья и прочего, но всё это имеет значение только до тех пор, пока существует личность. Именно программы личности создают либо желание что-то делать, либо боль, от которой нужно бежать и которую нужно не переживать. Человек, столкнувшийся с бедностью, делает всё, чтобы больше с ней не сталкиваться, и это становится сильной мотивацией: ему хорошо, когда он не беден, и он бежит от этого состояния. Таких вариантов множество. И боль, и удовольствие работают как механизмы, придающие этому изначально пустому существованию некий суррогат смысла, мотивацию, причину действовать, бежать, выполнять программы, тратить ресурсы, тратить себя, время и усилия.
Человек что-то делает потому, что у него есть множество причин это делать. Он копит деньги — и за этим всегда стоят причины и цели, на что именно он хочет их потратить. Все эти причины сформированы в детстве, и принципиально важно, что все они являются программами. Если убрать программы, создающие боль, то многое из того, что сейчас кажется жизненно необходимым, перестаёт быть нужным. Боль выступает как одна из главных причин, по которым человек «живёт»: по которым он носится, суетится и вовлекается во все эти процессы. Внутри каждого человека существует первоначальное состояние, которое с одной стороны является максимально ресурсным, а с другой — воспринимается как пустота. Именно за счёт программ мы превратили этот верхний уровень ресурсности в пугающий кластер боли, от которого человек всю жизнь пытается убежать с помощью личности.
Если из общего уравнения жизни убрать личность, то исчезают причины существования и любые смыслы. Они не обнаруживаются как нечто изначально данное. Человек с детства заполняет себя множеством кластеров боли, чтобы затем от них бежать. Сама причина жить в этом смысле оказывается сымитированной; в реальности её нет. Задача, которую человек реализует, состоит в формировании личности — в создании множества малых и больших смыслов, чтобы было зачем что-то делать и какие процессы выполнять. Создаются программы, и затем с их помощью осуществляется существование.
В повседневности это проявляется просто. У человека есть сон, есть работа, необходимая для обеспечения существования, и между сном и работой остаётся значительный объём времени. Всё, на что тратится это время — дела, развлечения, занятия, — является проявлением личности и её программ. Если убрать эти программы, человеку буквально нечего будет делать. Желание или нежелание чего-либо возникает исключительно потому, что существует соответствующая программа, созданная в детстве. Вся автоматика работает именно так. Вся эта «жизнь», которая по сути является не жизнью, а набором программ, функционирует автономно. Сам человек ничего не хочет; всё время «хочет» какая-то программа. И мы даже не знаем другого способа существования — вне программ, вне воздействия состояний и деструктивных процессов.
Фиксация на программах личности подменяет прямое существование имитацией смыслов и мотиваций. Ресурсное первоначальное состояние переживается как пустота и страх, что вынуждает создавать и поддерживать кластеры боли, удовольствия и целей. В результате основная энергия расходуется на поддержание иллюзии необходимости жить, действовать и стремиться, тогда как выход возможен лишь через рассоздание программ, которые эту пустоту маскируют и одновременно превращают её в источник хронического внутреннего напряжения.

Уровень 5
Все эти программы существуют для того, чтобы происходило выгорание. С глобальной точки зрения не имеет значения, каким именно способом это будет реализовано. В детстве, по мере взросления и нахождения под сильным впечатлением от происходящего, человек раз за разом дробит себя на элементы личности, выделяя ресурсы для создания программ. Эти программы не направлены на жизнь как таковую; их функция заключается в имитации жизни. В дальнейшем, на протяжении всей жизни, человек не замечает, как вся его деятельность выстраивается вокруг автоматического воспроизведения одних и тех же действий.
По сути, всю жизнь происходит одно и то же. Человек пытается сбежать от плохого и страдает, когда плохое появляется; он стремится к хорошему, испытывает удовлетворение, когда это удаётся, и снова страдает, когда это невозможно. И плохое, и хорошее были однажды созданы в детстве, зафиксированы и встроены в структуру, после чего человек продолжает существовать уже внутри этих программ. Это полностью автоматические, мёртвые схемы поведения. Однако они не переживаются как мёртвые; напротив, они ощущаются как нечто реальное, живое и подлинное. В этом и состоит механизм имитации жизни.
Фактически происходит бесконечное повторение одних и тех же сценариев. Суть личности заключается в том, что на протяжении всей жизни человек снова и снова воспроизводит одинаковые паттерны. Внимание удерживается на проблемах, но если посмотреть шире и задать вопрос не о проблемах, а о действиях, которые повторялись на протяжении, например, последних тридцати лет, картина становится предельно простой. Работа и последующий отдых в форме бездействия, работа ради еды и жилья, работа ради возможности ничего не делать. Заработал — отдохнул, заработал — снова отдохнул. Возникает своеобразная спираль, в которой меняется только одно — сам человек, становящийся с каждым витком всё старше.
В рамках программ личности часто отсутствуют планы на устойчивое проживание собственной жизни или развитие того, что создано. Напротив, в этих программах могут быть заложены сценарии потери, ухода и бегства из созданных условий. И это по-прежнему воспринимается как жизнь. Даже в случаях, когда человек всю жизнь работает на одном и том же месте, смысл может сводиться к ожиданию краткого периода отключения: дожить до конца недели, уйти в забытье, затем снова вернуться к работе. Механика остаётся той же — автоматическое воспроизведение циклов, не требующее осознанного участия.
Закрепление автоматических программ приводит к тому, что жизненный ресурс расходуется на поддержание повторяющихся сценариев, а не на реальное проживание. Выгорание становится не побочным эффектом, а целевым результатом работы системы. Внимание фиксируется на привычных паттернах, что создаёт ощущение наполненности и движения, но фактически поддерживает стагнацию, истощение и постепенное угасание без выхода за пределы заданной автоматики.

Уровень 6
Здесь проявляются циклы личности — программы, которые лишь повторяют сценарии. Ты либо снова и снова пытаешься воспроизвести болезненные сценарии, которые сами с тобой происходят, либо пытаешься повторить «хорошие», к которым стремишься. Всё движется по кругу. Программа личности как таковая, равно как и программа ума, устроена по одному и тому же принципу: внутри общего поля всё дробится на малые сектора, и каждый сектор постепенно заполняется собственным содержимым. Это тот же принцип мусорного полигона. Если пространство выделено, то оно неизбежно будет чем-то заполнено. Чем именно — не принципиально: бытовые, строительные, промышленные или любые другие отходы. С точки зрения программы личности важно не содержание, а сам факт заполнения.
Программу личности необходимо рассматривать глобально. С самого начала выделяется пространство, а дальше каждый человек, в зависимости от того, с чем он сталкивается и с чем взаимодействует, наполняет это пространство массой малых подпрограмм. Ты столкнулся с одним эпизодом, кто-то другой — с другим, но все мы в жизни сталкивались с тем, что оставляло след. Всё, с чем мы сталкивались, постепенно превращается в программы личности внутри этого мусорного полигона. Вся личность — это один большой полигон. По мере взросления, пока у нас есть ресурс, мы продолжаем свозить туда «мусор». Внутри этого мусора дожигаются остатки ресурса до конца. Это осколки, которые уже сами по себе сопоставимы с мусором, и одновременно с ними дожигается и сам мусор. В течение жизни этот процесс продолжается, и именно это образование и называется личностью со всеми её программами.
После того как отрабатываются программы личности, активируются пространства ума, где действует тот же самый принцип, но в другом масштабе. Ты страдаешь, мучаешься, прожигаешь ресурс, но для жизни это не даёт никакого результата. Происходит лишь прогорание. В этом смысле человечество можно рассматривать как огромный мусорный полигон, где каждый человек — это отдельный фрагмент, который в конечном итоге тоже сгорит. Всё, что мы прорабатываем на уровне ума, по своей функции ничем не отличается от мусора. Умственные программы не рассчитаны ни на что иное; все рассмотренные программы ума направлены исключительно на то, чтобы человек сгорал внутри них.
То же самое относится и к личности. Всё, что с тобой случается, все эпизоды, реакции, психосоматические проявления, внутренние волны мыслей, состояний и переживаний — это один и тот же материал. Это программы, внутри которых происходит прогорание. После этого ничего не остаётся, и цикл запускается снова. Так происходит всю жизнь: имитация жизни продолжается до полного выгорания и смерти. Всё, что тебе нравится, нравится ровно до тех пор, пока у тебя есть ресурс для организации внутреннего «горения». Ресурс расходуется, человек сгорает, и затем всё начинается заново — в том же самом автоматическом режиме.
Закрепление этого уровня приводит к тому, что выгорание становится не случайным следствием, а базовым механизмом существования. Программы личности и ума поддерживают непрерывное сжигание ресурса без какого-либо результата для жизни. Повторяемость сценариев создаёт иллюзию движения и наполненности, но фактически обеспечивает лишь постепенное истощение и поддержание общей структуры деградации, в которой человек существует как элемент процесса дожигания, а не как источник живого действия.

Уровень 7
Седьмой уровень можно определить как пространство личности в её наиболее обобщённом виде. Это уже не набор разрозненных программ, а крупный сценарий, в рамках которого вся структура подчиняется одному предельно простому правилу. Это правило сводится к следующему: сжечь себя как можно быстрее, эффективнее и наиболее коротким путём. Все программы личности, по своей сути, являются для конкретного человека оптимальными маршрутами — кратчайшими путями к разрядке, к мнимой «победе» над внутренним напряжением. Формулировка может различаться, но принцип остаётся одним и тем же: есть боль и есть способ от неё сбежать, причём выбирается самый простой, быстрый и эффективный вариант.
В глобальном смысле человеку больше ничего не требуется. Подчиняясь этому правилу, структура начинает формироваться практически с самого начала существования, условно — с момента первой вспышки, когда возникает само существо. Как только возникает боль, включается необходимость побега. Дальше начинается структурирование себя и свободного пространства таким образом, чтобы внутри него можно было как можно быстрее реализовать этот побег. В этом механизме формируется и то, что принято называть судьбой: как совокупность наиболее эффективных путей, по которым существо может уходить от внутренней боли, не осознавая самого принципа, по которому эти пути возникают.
Подчиняясь этому базовому правилу, человек формирует себя, создаёт программы и те самые «мусорные полигоны», в которых затем всё и функционирует. Все программы личности являются для конкретного человека максимально эффективными, но эффективность здесь соотносится с его ресурсностью и уровнем сознания. Для одного самым коротким путём деградации может быть резкое самоуничтожение через крайние формы зависимости, но при высокой ресурсности такой сценарий просто не реализуется. Большой объём ресурса не позволяет уничтожить себя столь прямолинейно, и тогда личность выстраивается иначе.
При большей ресурсности программы становятся более «масштабными». Человеку может быть свойственно подавлять, доминировать, создавать грандиозные формы активности, реализовывать себя через силу, власть или значимые проекты. Но с точки зрения механизма это не меняет сути происходящего. Всё, что нравится и не нравится, всё, что воспринимается как стремление или отталкивание, является лишь оптимизированным маршрутом деградации, подобранным под конкретные условия.
Этот принцип можно сравнить с физикой воды. Вода не выбирает путь осознанно и не ставит целей. Она просто течёт в сторону наименьшего сопротивления. Когда формируется русло реки, вода следует уже созданному каналу, потому что это самый простой и эффективный путь. Никаких дополнительных механизмов здесь не требуется. Тот же принцип работает и на этом уровне: программы личности и программы ума формируются как естественные русла, по которым энергия течёт в сторону наименьшего сопротивления, то есть туда, где процесс выгорания осуществляется быстрее и эффективнее.
Таким образом, создание программ личности и ума является не следствием выбора, а результатом действия базового правила. Структура сама находит для человека такие процессы, которые будут оптимальными именно для его конфигурации, его ресурса и его условий. Эти процессы воспринимаются как индивидуальность, характер, предпочтения и судьба, но по своей сути они являются наиболее экономичными путями деградации внутри заданного пространства.
Закрепление седьмого уровня приводит к тому, что вся система личности начинает функционировать как единый оптимизированный механизм выгорания. Разнообразие форм, интересов и сценариев лишь маскирует единый принцип — движение по пути наименьшего сопротивления к разрядке ресурса. Осознавание этого уровня разрушает иллюзию выбора и индивидуального стремления, показывая, что под внешней сложностью скрывается простое правило, определяющее направление и логику всех программ существования.

Уровень 8
Этот уровень сложнее для понимания, поскольку здесь речь идёт уже не просто о программах личности, а о самом механизме залипания сознания в этом пространстве. По сути, формируется иллюзия некоего «вечного кайфа» — того самого состояния, к которому стремится большинство: бесконечного удовольствия, лёгкости, веселья, условного бессмертия без напряжения и боли. Именно здесь и проявляется ключевая проблема. В рамках этой системы всё, что ты чувствуешь, всё, что ты вообще способен чувствовать, включая бесконечный поток мыслей в голове, по своей природе является пустышками. Однако для нас они таковыми не являются; для нас это и есть реальность.
После завершения процесса ты включаешь музыку, начинаешь что-то делать по дому, завтра с утра снова запускаешь музыку, сначала ешь, пьёшь чай, создаёшь себе приятный фон, прежде чем приступить к работе. Эти мелкие удовольствия — конфета, чай с вареньем, еда, расслабленное бездействие — действительно приносят ощущение «хорошо». Это переживается как реальное, как настоящее. И именно в этом заключается ловушка. Это реально не потому, что в этом есть подлинное содержание, а потому что уровень сознания находится ниже всех этих воздействий, ниже кластеров боли, удовольствий и программ личности.
Личность, страдания, удовольствия, симпатии и антипатии переживаются как «я» именно потому, что уровень сознания опущен ниже этих программ. Они кажутся весомыми, значимыми, настоящими. Ты действительно по-настоящему страдаешь или по-настоящему кайфуешь. Но при этом всё это остаётся пустышками. Как только уровень сознания поднимается достаточно высоко над этими структурами, становится видно, что все эти рамки — личность, ум, тело и даже сама реальность вокруг — начинают выглядеть как нечто искусственное, надуманное и лишённое подлинной ценности.
С каждым этапом это осознавание усиливается. То, что раньше воспринималось как реальность, постепенно раскрывается как некий абсурдный спектакль, который, тем не менее, пока переживается как настоящий. Ты в нём живёшь, ты его чувствуешь, ты внутри него находишься. Но чем выше уровень сознания, тем меньше в этом всём реальности. Один из ключевых этапов деградации программ личности заключается в том, что для их формирования и последующего залипания в них ребёнок с детства отказывается от собственного потенциала. Именно этот отказ превращает мусорный полигон программ в «реальные» процессы. Отказываясь от потенциала, человек по сути превращает личность в самого себя. В текущем состоянии ты и есть личность — твой характер, реакции, триггеры, автоматические ответы на происходящее.
Это «ты» только потому, что весь потенциал был переведён в состояние этих программ. Не столько мёртвых программ, сколько состояния, в котором человек сам стягивает себя на уровень ниже, делая программы личности живыми, реальными и неотделимыми от себя. Это и есть спад сознания, при котором участки пространства, заполненные мусором по своему содержанию, перестают восприниматься как мусор и превращаются в значимую часть жизни, личности, судьбы и самоидентификации.
Человек постепенно заполняет себя этим содержимым и не замечает, как откровенно абсурдные конструкции становятся «нормальными» и жизнеспособными элементами существования. То, что с более высокого уровня выглядит как пустое и бессмысленное — например, бесконечное лежание, бездействие, уход от реальности, — внутри этой системы переживается как приятное, желанное и подлинное. Более того, возникает стремление продолжать это бесконечно, несмотря на то, что по своей природе это лишено реального содержания.
Закрепление восьмого уровня приводит к полному отождествлению с программами личности и их содержимым. Потерянный потенциал заменяется иллюзией реальности, в которой пустые состояния переживаются как смысл, удовольствие и «жизнь». Повышение уровня сознания постепенно разрушает эту иллюзию, обнажая пустотность происходящего и показывая, что залипание в удовольствиях и реакциях является не формой жизни, а финальной стадией деградации, маскирующейся под её полноту.

Центральная точка
Центральная точка в данном контексте может быть описана как совокупность технических пространств заполнения, устроенных по тому же принципу, по которому в целом организована жизнь. Если рассматривать Вселенную или, более локально, текущую экосистему планеты, становится видно, что вся жизнь и вся динамика существования проявляются в определённой форме, соответствующей условиям среды. В случае человечества каждый человек выглядит как отдельный, малый процесс, однако само это определение недостаточно, поскольку требует уточнения: что именно за процесс реализуется в человеческой жизни и какие механизмы в нём задействованы.
При дальнейшем рассмотрении становится очевидно, что судьба человека и его тело не существуют изолированно и не являются автономными конструкциями. Для того чтобы тело и судьба могли функционировать, необходим уровень личности. Однако и личность сама по себе не является конечной структурой; внутри неё присутствуют более мелкие уровни, включая уровень ума. При этом и ум не является чем-то самодостаточным: внутри него действуют ещё более мелкие процессы, на уровне которых и происходит реальная динамика. Все эти уровни не существуют сами по себе, они образуют единую иерархию, где каждый уровень возможен только как следствие дробления и структурирования предыдущего.
Если рассматривать этот процесс в масштабе Вселенной, можно увидеть, что она изначально была раздроблена до мельчайших уровней. Если бы это дробление не произошло сразу, если бы вещество не распалось на элементарные структуры, никакой динамики и никакой «жизни» в том виде, в каком она существует, не возникло бы. На текущем этапе мы имеем дело уже не просто с атомами, а с их объединениями, которые вовлечены в сложные, в том числе виртуализированные, процессы. Материя, объединившись в более крупные конструкции, продолжает участвовать в многоуровневых процессах, включая физические, химические и, в ряде случаев, биологические.
Планеты, звёздные системы и галактики существуют в огромном количестве, и на каждом таком уровне присутствует своя динамика. Не везде эта динамика принимает биологическую форму, но везде присутствуют процессы преобразования вещества. Суть происходящего заключается в том, что жизнь — это способ, посредством которого существо изначально раздробило себя на мельчайшие элементы. На следующем уровне эти элементы собираются в более крупные объединения и продолжают реализовывать заложенный потенциал. Высокоактивное вещество, возникшее в начальный момент, не исчезает мгновенно, а постепенно расходует себя, переходя в иные, более низкоресурсные формы.
Вселенная в этом смысле представляет собой процесс постепенного «переваривания» собственного потенциала. Вещество не накапливается, оно лишь преобразуется и рассеивается, а пространство продолжает расширяться. Термоядерные процессы в звёздах конечны, и на каждом локальном уровне — в том числе на уровне планет — происходят собственные, ограниченные по масштабу процессы преобразования и деградации. Человеческая жизнь вписывается в этот общий контекст и невозможна без процессов деградации, происходящих на всех уровнях внутри соответствующего пространства.
Личность в этой системе является лишь одним из этапов, необходимым для интеграции человеческого вида в общий процесс. Речь идёт не о деградации как ошибке или сбое, а о базовом принципе существования вещества. Любая форма, обладающая потенциалом, неизбежно этот потенциал расходует. Можно провести аналогию с деревом: если оно не сгорает, оно всё равно со временем перегнивает, превращаясь в труху, затем в пыль и далее — в ещё более простые и менее ресурсные формы. Пока потенциал сохраняется, процесс может замедляться, но направление остаётся неизменным.
В этом смысле всё существующее можно рассматривать как различные формы «горения». Если есть потенциал, его природа такова, что он должен быть израсходован. Само понятие ресурса уже подразумевает, что его судьба — быть потраченным, вложенным, преобразованным и в итоге исчерпанным. Центральная точка фиксирует именно этот принцип: все уровни, от элементарных до человеческой личности и ума, являются техническими пространствами, через которые потенциал проходит путь своего расходования.
Осознавание центральной точки приводит к пониманию, что личность, ум и человеческая жизнь в целом не являются исключениями из универсального принципа, а лишь частными формами его проявления. Это снимает иллюзию уникальности человеческих процессов и показывает их встроенность в общую структуру расходования потенциала. Следствием такого осознавания становится утрата наивного представления о «смысле» как о чём-то внешнем и заданном, и одновременно — более трезвое восприятие происходящего как последовательности технических процессов, в которых ресурс неизбежно преобразуется и исчерпывается.

Общее резюме

Документ представляет собой целостное, последовательно развёрнутое описание многоуровневого механизма формирования человеческого существования как системы программ, направленных на расходование ресурса и имитацию жизни. На всех уровнях — от первичных телесных реакций до глобальных структур личности, ума и «судьбы» — показан единый принцип: существо, столкнувшись с болью, формирует способы побега от неё, а затем всю жизнь воспроизводит эти способы в автоматическом режиме.
На первых уровнях раскрывается механизм триггеров и программ, закладываемых в детстве. Любые события, эмоции и реакции формируют устойчивые кластеры, которые затем активируются на протяжении всей жизни. Человек воспринимает эти реакции как собственные, не замечая, что они являются повторяющимися циклами прогорания ресурса. Болезнь, страдание, удовольствие и «хорошие» состояния описываются как равноправные элементы одной и той же системы, работающей на выгорание.
На средних уровнях внимание смещается к структурам личности и ума как к своеобразным «мусорным полигонам», где накапливаются эпизоды, состояния и сценарии, утратившие живое содержание, но продолжающие функционировать как реальность. Показано, что большая часть умственной активности не ведёт к решениям или изменениям, а служит лишь сжиганию ресурса. Жизнь при этом превращается в калейдоскоп повторяющихся сценариев — побега от боли и погони за утраченным удовольствием.
На более высоких уровнях раскрывается отсутствие подлинной мотивации вне программ личности. Если убрать личность как совокупность смыслов, болей и удовольствий, обнаруживается внутренняя пустота. Все цели, желания и причины действовать оказываются сымитированными структурами, созданными в детстве. Личность выступает как инструмент заполнения этой пустоты и одновременно как механизм деградации, позволяющий расходовать ресурс через деятельность, страдание и удовольствие.
На седьмом и восьмом уровнях документ выходит на обобщающий принцип: вся система личности и ума подчинена одному правилу — найти наиболее эффективный путь выгорания. Программы формируются по принципу наименьшего сопротивления, подобно тому как вода формирует русло. Всё, что воспринимается как характер, индивидуальность, интересы или судьба, оказывается оптимизированными маршрутами деградации, подобранными под конкретную ресурсность и условия. Реальность, удовольствия и страдания переживаются как подлинные лишь потому, что уровень сознания находится ниже этих программ.
Центральная точка связывает индивидуальные уровни с универсальным принципом существования Вселенной. Вся реальность описывается как процесс постепенного расходования потенциала: от элементарных форм вещества до человеческой личности. Личность, ум и человеческая жизнь в целом представлены как технические пространства, через которые ресурс проходит путь своего преобразования и исчерпания. Само понятие ресурса предполагает его единственную судьбу — быть потраченным.
В итоге документ формирует единое концептуальное ядро: человеческая жизнь в её привычном виде не является жизнью как таковой, а представляет собой многоуровневую систему программ, имитирующих жизнь и обеспечивающих выгорание ресурса. Осознавание этой структуры разрушает иллюзию смыслов, мотиваций и выбора, показывая их как элементы единого механизма деградации, встроенного в более общий процесс существования Вселенной.