Культивирование состояния “Я мертвый”, чтобы не воспринимать жизнь и существовать  в рамках своего ума, знаний и памяти.

Краткая аннотация

Документ представляет собой аналитическое описание механизма деградации сознания, при котором живое восприятие и способность осознавать последовательно заменяются автоматическими программами, знаниями и структурами ума. Через последовательность уровней показано, как отказ от сознания воспринимается как более простой и эффективный способ существования, приводящий к утрате способности остановки, к жизни на автомате и, в пределе, к экзистенциальной и физической смерти.
Центральная идея текста заключается в том, что выполнение программ является противоположностью сознания, а единственной альтернативой деградации выступает осознанная остановка и возвращение к живому восприятию, которой субъект систематически избегает

2021_10_24

На сеансе ты сбрасываешь с себя всю ответственность, причём делаешь это тотально, полностью отказываясь от какой-либо включённости и изображая из себя мёртвого, окончательно и безоговорочно. Ты приходишь в сессию уже в состоянии «я мёртвый» и затем вновь и вновь прокручиваешь эту парадигму по кругу, так что всё, что ты делаешь, все процессы, которые ты реализуешь, сводятся к одному — вырубиться, загнать себя в глубокий транс, максимально отключиться от любого живого присутствия.
Ты приходишь в сеанс уже вырубленным, причём задолго до самой встречи начинаешь целенаправленно себя вырубать, и всё, что происходит в ходе сеанса, — это продолжение этого процесса. С тобой можно говорить о чём угодно, но исключительно в пределах того, что уже находится у тебя в памяти: стоит лишь задать вопрос, и ты мгновенно начинаешь выгружать заученное, сохранённое, накопленное. Но как только возникает попытка поговорить с тобой как с кем-то живым — сразу появляется «меня нет», «я мёртвый». Как только речь заходит о живом существе, которое что-то чувствует, имеет собственные цели, задачи, состояния, любое движение в эту сторону немедленно обрывается: «меня нет», «я мёртвый».
Живого в тебе в этот момент нет совсем, присутствуют лишь память и знания, но отсутствует любое живое переживание. Ты постоянно подменяешь себя живого мёртвыми знаниями и мёртвыми структурами, непрерывно выполняя процессы замены живого присутствия набором зафиксированных, окаменевших форм. Это и есть программа превращения себя в мёртвое, и внутри неё ты видишь только одну цель — как стать мёртвым, как окончательно сделать себя мёртвым.
Ты приходишь в сеанс и вновь доказываешь: «я мёртвый, я мёртвый», и больше ничего. Из сеанса в сеанс ты чётко и последовательно реализуешь одну-единственную программу — программу умерщвления себя и превращения себя в мёртвую структуру, в набор знаний, которые затем транслируешь окружающим. При этом важно, что ты делаешь это без какой-либо задней мысли, без сопротивления и без попытки что-либо изменить: каждый сеанс ты не прилагаешь ни малейшего усилия для выхода из этого состояния, а просто механически выполняешь программу.
Ты приходишь, выполняешь её и рассказываешь, какой ты мёртвый, при этом не видя в этом никакой проблемы. «Я мёртвый» воспринимается тобой как факт, без критического взгляда и без внутреннего вопроса. Иногда ты можешь описать, какой ты мёртвый, какие у тебя ощущения, но ты ни разу не возмутился, не задался вопросом, не остановился, чтобы спросить: почему я мёртвый? Максимум, на что ты способен, — это формальное описание собственных состояний, не выходя за пределы той же самой программы.
Для тебя эта программа является всеобъемлющей. Это программа превращения себя в мёртвую структуру, в мёртвую программу, и больше ничего. Ты никогда по-настоящему не задумывался об этом, настолько глубоко зафиксировал, замуровал и загнал себя внутрь этой конструкции, что не совершаешь ничего, кроме её выполнения. Всё твоё существование в контакте с миром происходит исключительно через эту программу: через набор знаний, который ты накопил и продолжаешь накапливать всеми доступными способами.
Ни живого восприятия, ни живых чувств в этом нет. Именно поэтому твои знания иногда точно попадают в контекст, во время и в тему, а иногда совершенно не попадают, особенно в тех ситуациях, которые не связаны напрямую с работой. Это и есть программа и структура превращения себя в мёртвого — в знание, в ум, как процесс перевода себя в полную противоположность сознания.

Уровень 1
Сама парадигма устроена таким образом, что чем меньше в нас сознания, тем, как ни парадоксально, легче нам живётся. Чем меньше ты осознаёшь происходящее, чем меньше смотришь вокруг себя и чем слабее бодрствуешь в реальности, чем больше плывёшь по течению, залипая во все существующие программы и процессы, тем меньше боли, тем меньше страдания и тем ниже уровень тревоги. Один из глобальных способов избавиться от боли заключается именно в этом — в первую очередь удавить сознание, начать играться в различные методы и способы отказа от него, постепенно приучая себя к отсутствию живого восприятия.
Отказ от сознания при этом не означает, что человек перестаёт быть человеком. Мозг остаётся, личность остаётся, ум остаётся, тело продолжает функционировать, но сознание при этом исчезает. Ум, личность, мозг и тело человека — это в значительной степени физические и физиологические структуры, существующие на уровне материи и на уровне клеточных процессов. Если ты избавляешься от сознания, ты не перестаёшь жить как человек, ты продолжаешь существовать, но при этом оказываешься в состоянии, где с одной стороны форма человека сохранена, а с другой стороны живого сознания уже нет.
Это состояние давно стало нормой для огромного количества людей, особенно для тех, кто находится ниже четвёртого уровня жертвы. Там есть человек как биологическая и социальная единица, но полностью отсутствует сознание, и это совершенно не мешает миллиардам людей существовать, функционировать и даже субъективно чувствовать себя вполне нормально. В этом и проявляется отличие человека от животного, хотя при этом и животное, и человек, находящийся ниже пятого уровня жертвы, живут преимущественно на уровне физики, на уровне инстинктов и грубого физического взаимодействия с миром.
Именно поэтому на седьмом уровне люди, как правило, достаточно здоровые, физически крепкие и выносливые, во многом похожие на животных. В животном мире невозможно выжить, если ты не силён физически, если ты не способен выдерживать нагрузку и прямое столкновение, потому что побеждает сильнейший. По этой же причине на седьмом уровне часто рождаются люди с хорошей генетикой, крепким телом и высоким запасом физической прочности.
На протяжении всего воплощения мы выполняем процессы, направленные на переключение себя в режим своеобразного тупняка, в состояние плавания по течению. Чем меньше ты барахтаешься, чем меньше осознаёшь себя внутри этого течения, чем меньше смотришь на происходящее и чем меньше что-либо воспринимаешь, тем проще становится существовать. Гораздо проще быть неживым компьютером, выполнять заданные алгоритмы, ни о чём не переживать, не волноваться и ни на что по-настоящему не смотреть, а просто раз за разом включать и отрабатывать различные программы.
Именно это ты и делаешь постоянно. В сеансе тебе говорят: перестань выполнять программы и попробуй проявить те идеи, которые есть внутри этой структуры, и в этот момент ты впадаешь в ступор. Ты всю жизнь занимался тем, что механически выполнял программы, и когда тебя просят хотя бы на мгновение перестать это делать, ты сталкиваешься с тем, что не можешь остановиться. Это становится для тебя крайне сложным, потому что сама привычка, сам подход и вся общая стратегия жизни выстроены вокруг отказа от сознания.
Эффективная замена живого сознания знаниями, умениями и способностями является не причиной, а следствием этого процесса, его логическим результатом и прямым продолжением.

Уровень 2
Вся эта программа умерщвления собственного сознания, умерщвления себя как живого существа, представляет собой лишь одну сторону медали — устойчивое и целенаправленное стремление уничтожить в себе сознание. Другая сторона этой же медали — те знания и те способности, которые ты получаешь взамен. Если смотреть на это чисто технически, знания — это тот фрагмент жизненного пространства, в котором было совершено сознательное или бессознательное отказание от восприятия и живого присутствия, а на их место был помещён определённый клочок информации. В твоём случае это, прежде всего, технические знания.
С одной стороны, ты можешь назвать себя умным, образованным, интеллигентным, способным, талантливым и наделённым целым рядом социально одобряемых качеств. С другой стороны, все эти параметры достигаются исключительно через отказ от сознания, через превращение себя в ворох информации, которой осуществляется манипулирование. При этом манипулируешь уже не ты как существо, а исключительно мозг, поскольку твоё активное участие здесь не требуется. Достаточно того, что мозг функционирует автономно, и всё, что ты на протяжении жизни понасоздавал, вся эта «эффективность компьютера», затем воспроизводится так, будто бы за этим стоит живой, настоящий человек.
На самом деле с самого рождения ты начинаешь формировать из себя робота, последовательно собирая нечто мёртвое и бессознательное. Как человек ты можешь быть умным и способным, но как существо ты при этом выполняешь задачу, прямо противоположную всей этой логике, — задачу собственного уничтожения. В итоге формируется «умный» человек с большим багажом опыта и знаний, но без сознания, которое ему уже не просто не нужно, а становится лишним и ненужным. Без восприятия, без сознания ты продолжаешь существовать, и это состояние не ограничивается рамками сеансов.
Ты находишься в нём постоянно. Вне сеанса просто включаются человеческие игрушки, имитации сознания, и создаётся впечатление живости: ты разговариваешь, что-то делаешь, реагируешь, и кажется, что вот он — человек, живой и настоящий. На самом деле структура выстроена настолько хитро и выверенно, что создаёт иллюзию жизни там, где её нет. Живого присутствия нет, и если его нет в сеансе, если даже в сеансе ты не включаешься, то и во всём остальном пространстве его также нет.
Ты можешь читать материалы чужих сеансов на сайте, но это происходит чисто механически. Ты просто прочитал текст, не заглядывая в себя, не копаясь в себе и не пытаясь что-либо обнаружить. Да, у тебя возникают определённые отклики, но эти отклики носят исключительно механический характер. После отклика ты не начинаешь смотреть глубже, не исследуешь, откуда он возник, куда он ведёт и почему вообще появился, потому что тебе не нужно смотреть на «зачем» и «почему». Ты — программа. А программа не смотрит, она просто выполняет.
После выполнения одной программы автоматически запускается следующая, затем следующая, и они просто последовательно сменяют друг друга. И как ты с раннего детства отказывался выходить из этого режима и переставать их выполнять, так продолжаешь отказываться от этого и до сих пор, оставаясь внутри той же самой структуры.

Уровень 3
Здесь ключевой смысл заключается в том, что чем меньше сознания, тем тебе, как человеку, субъективно проще жить. Отказываясь от себя, отказываясь видеть, смотреть и по-настоящему взаимодействовать с этим миром, ты при этом не умираешь: ты продолжаешь существовать как личность, как ум, как человек. Происходит не исчезновение формы, а утрата живого присутствия внутри этой формы.
Течение по жизни без всякого сопротивления, без попытки остановиться и посмотреть на происходящее, в контексте выполнения внутренних импульсов и процессов, и является прямым результатом такого отказа. Как только появляется команда или импульс, ты находишься в нём автоматически и тупо его выполняешь, даже не пытаясь на него посмотреть, не стараясь его остановить, проанализировать, прочувствовать или исследовать. Ты просто выполняешь — и на этом всё. Сознания в этот момент уже нет, остаётся лишь процесс имитации человека.
Вне сеанса ты внешне похож на живого человека: по речи, по словам, по способу формирования мысли создаётся впечатление, что ты живой и настоящий. Однако стоит посмотреть под другим углом, и это впечатление мгновенно исчезает, остаётся лишь остаточный эффект. Сознания нет, остался только ум. И когда ты сталкиваешься с чем-то неизвестным, восприятие уже не может быть использовано, включается ступор разного рода и попытка любым способом выйти из ситуации, выкрутиться, что-то выдумать, по сути — обмануть, переключить своё и чужое внимание.
Суть этих процессов состоит в том, чтобы перестать смотреть и перестать видеть, отказаться от восприятия и сознания и продолжить выполнять умственные игрушки. Какая бы ни была игра, плывя по течению, ты выполняешь её автоматически, без необходимости прилагать усилия, напрягаться или осуществлять контроль. Всё происходит само собой, в автоматическом режиме, и именно этим мы на протяжении жизни в основном и занимаемся — всё больше уходя в автоматизм и в полный отказ от реального взаимодействия с действительностью.
В результате остаётся лишь оболочка: ум остаётся, личность и характер остаются, решения и поступки совершаются, импульсы возникают и автоматически выполняются, но сознательного участия в этом нет. Ты ничего не можешь с этим сделать и, что важно, даже не хочешь ничего с этим делать. Это хорошо видно на примере множества людей: есть импульс, но ни бороться с ним, ни остановить его, ни принять волевое решение нет сил, потому что сознания нет. И сам факт отсутствия сознания становится очевидным, в том числе потому, что на сеансах человек фактически ничего не делает.
Если человек участвует в сеансе и действительно смотрит в себя, он получает неизмеримо больше, чем в случае, когда он в себя не смотрит. Отказ смотреть на себя проявляется не только в рамках сеанса, он проявляется по жизни как одна большая, устойчивая позиция. Общая стратегия поведения в сеансе и общая стратегия поведения в жизни оказываются одной и той же стратегией.
И если ты в сеансах не смотришь и не проявляешься, то и в реальности ты всё время находишься в этом же состоянии. И наоборот: если ты в сеансах начинаешь смотреть, то и в реальности появляется возможность конкурировать с самим собой, выходить из автоматизма и возвращать себе живое участие в происходящем.

Уровень 4
Здесь проявляется фундаментальный выбор, перед которым мы находимся постоянно, независимо от контекста и ситуации. По сути, существуют всего два пути: либо смотреть, либо не смотреть, либо оставаться в восприятии, либо отключаться. В состоянии отключки всегда присутствует внутренняя чернота, отсутствие какого-либо восприятия, когда мозг продолжает функционировать на «холостых оборотах», ничего не производя и ничего не осознавая, а просто существуя как автономный механизм. Это не жизнь в полном смысле слова, а поддержание формы без содержания.
Другой вариант — брать и смотреть. Всего два пути, два принципиально разных варианта существования. Либо ты смотришь на себя и на то, что с тобой происходит, либо ты выполняешь программу. Каждый раз, когда ты сталкиваешься со своим состоянием, ты фактически стоишь перед этим выбором: либо ты смотришь, либо ты автоматически выполняешь программу. При этом уже не так важно, какая именно программа включается — отказ смотреть, тупняк, уход в агрессию, бубнение себе под нос, внутренний саботаж или любое иное проявление. Это лишь разные формы одной и той же структуры.
Существенно не то, как именно ты выполняешь программу, а сам факт её выполнения. Выполнение всегда означает отказ от сознания и отказ от восприятия. Как человек ты при этом продолжаешь существовать, нельзя сказать, что ты физически мёртв. Но как существо в этот момент происходит нечто иное — это форма суицида, не в биологическом, а в экзистенциальном смысле. Ты просто отключаешься, перестаёшь смотреть, начинаешь выполнять программу, которая принуждает тебя ни на что не смотреть, ничего не прояснять, ничего не проживать и фактически находиться в состоянии бесконечной отключки.
Эта программа выполняется тобой ежедневно и ежесекундно, и в сеансе ты особенно ярко демонстрируешь этот эффект. Именно поэтому мы всегда стоим перед одним и тем же выбором — смотреть или не смотреть. Вне сеанса человек практически всегда выбирает путь отказа от взгляда, отказа от прояснения и выбирает вариант тупого отключения. В результате происходит парадокс: как человек ты не отключаешься, форма сохраняется, но как существо ты растворяешься в этих процессах, исчезая из собственного опыта.

Уровень 5
Сама жизнь, вся система как единая, большая структура, от каждого из нас, от каждого существа последовательно и настойчиво требует отключки, требует отказа от сознания как базового способа живого взаимодействия с реальностью. Чем меньше ты смотришь и чем меньше реально воспринимаешь происходящее, тем в большей степени ты замещаешь восприятие знаниями, умениями и способностями, и тем больше, с точки зрения этой системы, у тебя появляется «шансов», «эффективности» и функциональных возможностей. Внутри этой логики побеждает тот, у кого больше знаний, особенно так называемых «полезных» знаний, и именно эта установка постепенно становится доминирующей формой ориентации в жизни.
Мы стремимся избавиться от восприятия ещё и потому, что пользоваться им не умеем, не выдерживаем его плотности и ответственности, а потому делаем вывод, что оно нам попросту не нужно. От восприятия мы медленно и последовательно отказываемся, а взамен лепим различные знания, продолжая структурировать пространство ума в виде опыта, информации и мёртвых, зафиксированных конструкций. Происходит подмена основной способности живого взаимодействия с реальностью на алгоритмы, шаблоны поведения, наборы информации и заученные схемы.
Это хорошо видно на примере поведения за рулём. Когда ты едешь по дороге, вокруг тебя такие же люди с рассеянным вниманием, каждый в своём «бараньем» состоянии, и в такой ситуации недостаточно опираться на прошлый опыт и заученные правила. Здесь необходимо смотреть по ситуации, видеть, что происходит прямо сейчас, куда ехать, когда крутить руль, как работать педалями, то есть быть живым участником происходящего. Всё зависит от текущего момента и требует включённого восприятия. Но вместо этого ты перестаёшь смотреть, как будто закрываешь глаза, и начинаешь рулить по выученным, вызубренным алгоритмам.
Движение по алгоритмам с закрытыми глазами возможно лишь ограниченное время. Если представить, что все участники дорожного движения одновременно закроют глаза и начнут двигаться, опираясь исключительно на память, знания и прошлый опыт, а не на живое восприятие, само движение станет невозможным. Тем не менее именно так ты и выстраиваешь свою жизнь: пытаешься напичкать себя знаниями и информацией, при этом не замечая, что для этого необходимо каждый раз отказываться от сознания.
Сознание в этой системе становится своеобразной валютой, той монетой, за которую оплачивается формирование знаний. Именно вследствие деградации сознания все эти знания и записываются в мозг в виде устойчивых нейронных сетей. И каждая такая нейронная сеть — это не просто нейрофизиологический факт, а конкретный процесс отказа от живого восприятия, который ты однажды совершил, чтобы создать эту структуру и закрепить её как замену реального контакта с жизнью.

Уровень 6
Здесь проявляется сама программа как пространство и как логика, предназначенная для того, чтобы знания могли записываться. Понятно, что у тебя есть нейронные сети, понятно, что существует пространство мозга, в которое эти нейронные сети прописываются и формируются. Но принципиально важным является другое: существует программа, через которую всё наше сознание и всё восприятие пропускается как через поток, задавая базовый способ взаимодействия с реальностью.
Фактически есть два варианта. Либо ты взаимодействуешь с реальностью, смотришь на этот мир и происходящее в нём с позиции своей головы, либо смотришь с позиции восприятия и сознания. В определённые моменты становится очевидно, что выдумывать, конструировать или что-то специально изобретать невозможно: тело вырубается, тянет в сон, и любое выдумывание требует слишком большого ресурса. В такой ситуации остаётся лишь проговаривать программу такой, какая она есть, потому что это самый простой и наименее затратный способ что-либо делать. Попытка что-то выдумывать в этот момент попросту невозможна, и это хорошо демонстрирует сам принцип работы программы.
И здесь снова возникает тот же самый выбор. Либо ты используешь программу — во время профессиональной деятельности, во время общения, во время сеанса, — либо ты её не используешь. В первом случае ты отключаешься и выполняешь деструктивную программу автоматически. Во втором случае ты её не выполняешь и пытаешься смотреть сам, настолько, насколько это вообще возможно в данной конкретной ситуации, на тот кусок реальности, с которым ты соприкасаешься.
Программа формирует сам подход к взаимодействию. Ты постоянно используешь её, потому что так легче, так проще и так, как кажется, менее болезненно. В этом варианте действительно присутствует множество субъективных «плюсов»: чем больше ты находишься в отключке, тем, как будто бы, проще тебе взаимодействовать с реальностью. Хотя здесь даже не совсем корректно говорить о том, легче это или тяжелее, потому что работает сам глюк, сама идея. Создаётся ощущение, что так проще, эффективнее и быстрее.
Если ты используешь программы, ты реагируешь быстрее. Те же инстинкты: кто быстрее среагировал, тот и выжил. В этом и заключается один из смыслов ускорения реакции существа на угрозы и опасность. Чем быстрее срабатывает автомат, тем выше шансы на выживание. Именно поэтому ты не думаешь и не включаешь сознание. Мы не смотрим и не проясняем, потому что это требует времени. Нам проще здесь и сейчас отреагировать автоматически, не тратя ресурс на осознавание.
Для этого достаточно запустить шаблон и автомат. И именно этим ты всю свою жизнь и занимаешься: меняешь способность вдумчиво смотреть и прояснять происходящее на способность мгновенно реагировать, полностью полагаясь на автоматические программы и отказываясь от живого участия в происходящем.

Уровень 7
Здесь закономерно возникает вопрос: а есть ли вообще сознание как таковое, или оно лишь временный ресурс, который не является бесконечным. Сознание не резиновое — оно тратится, расходуется, и в какой-то момент его просто больше не остаётся. При этом программы продолжают выполняться дальше, структуры продолжают функционировать, но уже без участия сознания, чисто на автомате. В каком-то смысле его и так почти не было: обычный человек сознанием не пользуется, он с детства настраивает и накапливает структуры, механизмы в голове и в личности, а затем всю оставшуюся жизнь просто их использует.
Все эти структуры, все эти механизмы уже созданы, они работают, и возникает логичный внутренний вопрос — какой вообще смысл от них отказываться. Отсюда и более радикальный вопрос: а есть ли у человека сознание как реальная, действующая способность, или оно уже исчезло. Осталось ли оно хоть в каком-то виде или нет. Мы пытаемся судить об этом по косвенным признакам — по тому, как человек говорит, как он рассуждает, как формулирует мысли, — но по сути это не показатель. Пока у человека было сознание, он успел создать себе рациональную, эффективную, социально приемлемую личность, и эта структура никуда не девается. Она как висела, так и будет висеть, даже если сознание полностью исчезнет.
В этом контексте отказ смотреть, отказ критически обращать внимание на себя, вся эта внутренняя мертвечина — это утрата одной ключевой способности. Речь идёт о волевой способности остановиться. Остановить процессы, остановить самого себя, остановить этот безумный бег в никуда, в пропасть. Именно эта способность и является основным ресурсом, который человек постепенно растрачивает. Когда этот ресурс исчерпан, больше ничего не остаётся. Дальше человек просто автоматически выполняет все программы до самой смерти, пока остаточные ресурсы не будут полностью израсходованы, пока всё не распылится в пыль и труху.
После этого умирает уже и тело, и к тому моменту никакого сознания нет. В определённом смысле сама смерть тела является следствием того, что у человека больше не осталось сознания, не осталось способности сопротивляться, способности остановиться. И если задать вопрос, чем программы умирания организма отличаются от тех программ, которые мы постепенно выполняем всю жизнь, ответ будет прост — ничем. Разница лишь в том, что эти программы никто не останавливает.
К концу жизни практически ни у кого не остаётся сознания, способного остановиться и не выполнять программу. В истории человечества нет достоверных примеров того, чтобы кто-то действительно взял и остановился. В голову приходит образ Иисуса, но и он во многом является фиксацией и мифом, а не реальным воспроизводимым примером. В итоге никто не останавливается: все к середине жизни по сути «сливают» себя, а дальше существуют уже чисто на животном уровне, как компьютерный алгоритм, механически двигаясь по течению до самого конца.
Мы все здесь выполняем одну и ту же программу, и в этом нет никакого настоящего течения — есть лишь последовательное, автоматическое выполнение заранее заданных процессов.

Уровень 8
Здесь проявляется общее стремление идти по самому простому и самому короткому пути к чему угодно. Это стремление, как правило, не осознаётся, мы не фиксируем того факта, что постоянно применяем одну и ту же стратегию, однако сам принцип остаётся неизменным: мы всё время стремимся совершать наименьшее количество внутренних и внешних движений для достижения результата. Именно этому и способствуют программы. Программа всегда предлагает короткий путь, при этом совершенно не важно, что это за путь, куда он ведёт, какие жертвы и какие последствия он за собой несёт. Существенен только сам принцип — быстро, просто, без включённости.
Если тебе больно, самый «короткий» путь заключается не в том, чтобы смотреть в эту боль, а в том, чтобы перестать её чувствовать. Для этого достаточно выполнить определённый процесс, который позволяет, отказавшись от сознания и восприятия, избавиться от страдания. Самый наглядный и примитивный вариант — выпить обезболивающее вместо того, чтобы разбираться с причиной боли. Именно так мы и действуем постоянно, раз за разом выбирая короткие пути, самые быстрые и наименее затратные для человека. У каждого они свои, но общее у них одно — отказ от сознания вместо прохождения сложного пути.
Вместо этого можно просто механически выполнять алгоритмы, сформированные с детства. Отключиться и двигаться по траектории уже созданных программ и шаблонов поведения, не задавая никаких вопросов. Ты просто тупо выполняешь все эти структуры, постоянно находясь в состоянии отключки, в этой мертвецкой, зафиксированной позиции. Эта мертвецкая отключка позволяет тебе быстро реагировать на происходящее, не включая живое восприятие.
То же самое проявляется и в работе. Когда ты работаешь и сталкиваешься с очередной задачей, самый «короткий» для тебя путь — это отключиться и включить режим поиска знаний, режим воспоминаний, начать копаться в своей голове. Но при этом ты не смотришь, не проясняешь, не взаимодействуешь с реальностью напрямую, а запускаешь процесс анализа в голове. Сам по себе анализ — это тоже алгоритм, предназначенный для ускорения взаимодействия с реальностью, но здесь возникает парадоксальный, полностью обратный эффект.
Ты не взаимодействуешь с реальностью, ты отказываешься от взаимодействия. Вместо этого ты получаешь доступ ко всей своей памяти, ко всем своим знаниям, способностям и накопленным «результатам». Каждый человек в той или иной степени идёт своим собственным путём, но принцип остаётся единым: каждый раз, когда требуется взаимодействовать с кем-то или с чем-то, самым простым вариантом становится отключиться и вместо сознания использовать знания и прочие интеллектуальные способности ума и мозга.

ЦТ
Структура смерти выстраивается как прямая противоположность сознанию. Противоположностью сознания является выполнение всех деструктивных программ без исключения. И если задаться вопросом, к чему в действительности ведут все эти программы в человеческой жизни, то ответ оказывается предельно простым и при этом предельно жёстким: ни к чему созидательному они не ведут. Они ведут к тому, что человек постепенно истирает себя в пыль, расходует весь свой ресурс, умирает, и на этом для него всё заканчивается. Либо ты выполняешь программу — и тогда неизбежно движешься к смерти, либо ты пытаешься сопротивляться этому процессу, пытаешься останавливать весь этот безумный, инерционный бег.
И здесь возникает принципиальный вопрос: если уже сейчас, по жизни, пока у тебя ещё есть возможность, пока существует инструмент в виде проработок и сеансов, ты можешь останавливаться, смотреть и не выполнять программу, то почему ты этим не пользуешься. Почему тебе это не нужно. Ты с самого детства как плыл по течению, так и продолжаешь плыть, не задаваясь вопросом, куда именно тебя это течение несёт. Чем меньше в тебе сознания, тем ты эффективнее как рабочая единица системы, и, по сути, тебе для ощущения удовлетворённости больше ничего и не требуется.
Больше знаний, больше эффективности, больше подручных инструментов, больше различных технологических и интеллектуальных приспособлений — в этом для тебя есть определённый кайф. Однако по своей природе всё это является не чем иным, как деструктивными программами. И в реальности нет ничего хорошего ни в твоих знаниях, ни в твоих способностях, потому что все они — прямое следствие того, что ты когда-то просто перестал смотреть на реальность и на этот мир. В результате ты понасоздавал в своей голове огромное количество нейронных сетей — полезных, бесполезных, эффективных и разрушительных — и теперь просто пользуешься ими, не задавая никаких вопросов.
В этом смысле вся эта структура объективно ведёт к смерти, потому что именно выполнение программ растраты ресурсов и есть механизм, приводящий к умиранию. Это и есть деградация. И по большому счёту вариантов здесь всего два: либо ты продолжаешь тупо деградировать, либо ты пытаешься эту деградацию хоть как-то остановить своим сознанием. Но в твоём случае каждый твой сеанс — это не попытка остановки, а продолжение выполнения всех этих же программ, продолжение движения в сторону всё большей и большей деградации, в тот момент, когда ты даже не пытаешься остановиться и посмотреть, что именно с тобой происходит.

Общее резюме

Документ представляет собой целостное, последовательно выстроенное описание механизма утраты сознания как базовой способности живого существа и его замены автоматическими программами, знаниями и структурами ума. Центральной линией всего текста является утверждение, что подавляющая часть человеческой жизни организована вокруг отказа от восприятия и сознательного участия в реальности, поскольку такой отказ субъективно воспринимается как более простой, менее болезненный и более «эффективный» способ существования

В начальном описании сеанса фиксируется исходное состояние субъекта: тотальный сброс ответственности, демонстративное «умерщвление» себя как живого существа и сведение всего взаимодействия с миром и сессией к воспроизведению памяти и знаний. Живое восприятие, чувства и личное присутствие заменены мёртвыми структурами, а сама сессия превращается в продолжение автоматического выполнения программы деградации, а не в пространство остановки или осознавания.
Уровни 1–3 раскрывают базовую парадигму: чем меньше сознания и восприятия, тем субъективно легче человеку жить. Отказ от сознания не уничтожает форму человека — сохраняются тело, мозг, личность, ум, — но полностью устраняет живое присутствие. Человек продолжает функционировать, говорить, действовать и принимать решения, однако делает это автоматически, следуя внутренним программам и импульсам, не имея способности остановиться и посмотреть на происходящее. Жизнь в таком режиме описывается как «плавание по течению», где любое усилие осознавания заменяется автоматическим выполнением алгоритмов.
Уровни 4–6 вводят ключевой экзистенциальный выбор, который совершается постоянно: смотреть или не смотреть, включать сознание или выполнять программу. Выполнение программы в любой форме — тупняк, агрессия, отказ, интеллектуализация — приравнивается к отказу от сознания. Программы рассматриваются как механизм ускорения реакции и взаимодействия с реальностью, необходимый для выживания, но при этом лишающий человека способности к осознанному восприятию. Сознание в этом контексте описывается как ресурс и «валюта», которая расходуется на формирование знаний и нейронных сетей, после чего перестаёт быть доступной.
Уровень 7 радикализирует вывод: сознание не является постоянной характеристикой человека и может быть полностью исчерпано. После этого остаются лишь структуры личности и ума, которые продолжают функционировать на автомате до самой физической смерти. Утрата способности остановиться и не выполнять программу рассматривается как ключевая причина как экзистенциальной, так и телесной смерти. Смерть тела интерпретируется как следствие полного исчерпания сознания и ресурсов сопротивления автоматизму.
Уровень 8 описывает универсальную стратегию выбора «короткого пути»: стремление минимизировать усилия и страдание за счёт отказа от восприятия. Боль, сложность и неопределённость не проживаются, а устраняются через отключку, знания, анализ и интеллектуальные алгоритмы. Работа, взаимодействие с людьми и решение задач превращаются в процесс обращения к памяти и готовым схемам вместо живого контакта с реальностью.
Центральная точка (ЦТ) подводит итог всему документу: структура смерти определяется как прямая противоположность сознанию. Выполнение деструктивных программ ведёт к деградации, растрате ресурсов и неизбежной смерти. Альтернатива существует только в форме остановки и осознавания, однако субъект систематически отказывается от этой возможности, даже имея доступ к инструментам проработки и сеансов. Таким образом, весь документ фиксирует не частную проблему, а универсальный механизм человеческого существования, в котором жизнь постепенно подменяется автоматическим выполнением программ, а сознание — истощается и исчезает